Её чужая дочь

С трудом сдерживаюсь от того, чтобы не закатить глаза.

Ну, чего ты на меня уставился? Красивая? Знаю. На маму похожа, она была невероятной красавицей, я всего лишь её жалкая копия. Ещё и выгляжу дёшево: на дорогую одежду и брендовую косметику не заработала. Пока что.

Но этот Вадим всё равно едва слюной не захлёбывается, разглядывая мои обтянутые плотной тканью бёдра. Поднимает свои бесстыжие глаза выше, ещё, ещё… Да это не в какие ворота.

– Евгения Евгеньевна, – отвечаю громче и резче, чем следует.

Спасибо Селиванову, которого я так некстати сейчас вспоминаю – он преподнёс мне замечательный урок в своё время, благодаря которому я не растекаюсь лужицей от внимания противоположного пола.

– Что же, Милана, свободна, – кивает администратору, и та исчезает за дверью.

Записываю на подкорке её имя. Пригодится. Девушка представлялась, но я мимо ушей пропустила.

– Евгения, – смакует моё имя, – начнём?

С трудом выдавливаю из себя вежливую скупую улыбку.

На удивление, оставшееся время Вадим ведёт себя достаточно прилично. Показывает мне агентство, рассказывает о проектах, которые планирует запустить босс в новом сезоне. Для каждого нужна мощная рекламная кампания, и наша задача совместными усилиями сделать так, чтобы Руслан Романович был доволен.

Руслан… Как представлю, что он где-то радом, так готова сорваться с места и бежать без оглядки. Ненавижу его, ненавижу.

А ещё перед глазами стоит образ его дочки. Мия… Такое красивое имя. И злиться на неё за то, что её мать, возможно, лишила меня любимого мужчины, невозможно. Малышка ведь ни в чём не виновата.

А улыбка у неё точь-в-точь как у Руслана. Такая же открытая и обезоруживающая.

– Женя? – Вадим щёлкает пальцами перед моим лицом. – Будешь работать со мной в кабинете.

Парень хищно улыбается, но мне настолько безразлично его внимание, что я даже не нахожу в себе силы злиться.

Сейчас главное Селиванову на глаза не попадаться. Конечно, я сильно изменилась с момента нашей последней встречи. Мало того, что похудела, ещё и отрастила длинные волосы, которые после операции стали значительно темнее. Из светло-русой девчонки я стала практически шатенкой.

И остаётся призрачная надежда на то, что при встрече Руслан меня не узнает.