А потом адвокат уговорил Герхардта подписать признание, и дальше никого уже ничего не интересовало, так что они даже не позаботились вернуться к протоколам и кое-что подправить.
Трейси сказала:
– Значит, тебе надо поговорить с Герхардтом и выяснить, кто еще знал о вызове в дом Стинсон в тот день, а потом потянуть за каждую из этих ниточек и посмотреть, что обнаружится.
– Родственники Бет Стинсон вряд ли захотят опять пережить все это.
– Знаю, и я их не виню. Но если мы с тобой правы, то речь сейчас идет не просто о невиновном человеке, который отбывает срок за преступление, которого он не совершал; речь идет о преступнике, который начал убивать лет десять назад, а то и раньше, и на чьем счету может оказаться не три-четыре женщины, а куда больше.
И, если та психологиня права, то в его жизни недавно произошло что-то такое, что заставляет его убивать, и на этот раз он по своей воле не остановится.
Глава 33
Он нажал кнопку извлечения и снова посмотрел на женщину на полу. Она все еще глядела на него застывшими глазами, открыв рот.
С этой пришлось провозиться дольше, чем он ожидал. Сколько раз он уже думал, что она мертва, как она вдруг вздрагивала, начинала хватать воздух ртом и возвращалась к жизни. Прямо как в фильме про зомби, от которых не избавишься, пока не снесешь им голову взрывом или чем-нибудь еще. Сначала это даже возбуждало, но потом наскучило. Хотелось, чтобы она уже умерла наконец и можно было пойти домой. Запах ее духов и тела вызывал у него отвращение, а от табачного дыма в комнате кружилась голова.
Видеомагнитофон заурчал. И замолк. Он протянул руку за кассетой, но ее не было – машина не сработала. Он нажал кнопку снова, услышал щелчок, подтверждавший, что лента перемотана до самого конца, но кассета не выходила. Он сердито потыкал кнопку.
– Ну давай, давай. Давай же, ты, кусок дерьма!
Он стукнул по аппарату кулаком, от чего комод, на котором тот стоял, ударился в стену. Он застыл. Час назад он слышал за стеной соседей, хотя с тех пор там было тихо.
Приподнял крышку видеомагнитофона и заглянул внутрь. Кассета была там, но не выскакивала. Испарина выступила у него на лбу, по шее потекло. С висков тоже побежали ручейки холодного пота.
Он снова посмотрел на женщину. Она смотрела на него снизу.
– Хватит на меня пялиться, – сказал он. Встал и пнул ее ногой. Она покачнулась, но не завалилась.
Он ухватился за магнитофон обеими руками, но аппарат оказался привернут шурупами к верхней доске комода.
