Глядя, как у «лохматой хрени» глаза вылезают из-под круглых очков на лоб, а по лбу в это время медленно ползут вверх брови, я задался вопросом, почему Санни решила покончить с собой столь экстравагантным способом. Лавры Вольдеморта покоя не дают?..
Гробовую тишину прорезал звук, напоминающий хрюканье. И снова. Звук повторился трижды, пока до меня не дошло: это профессор Поттер изо всех сил пытается не смеяться. Сил явно не хватило, потому что еще через миг он согнулся пополам и громогласно расхохотался.
В следующую секунду ржали уже все три факультета, а Санни лишь тихонько улыбалась.
— Десять баллов… Хаффлпаффу… — Спустя добрых три минуты простонал Поттер, утирая слезы. — Ох… сто лет так не смеялся…
— Вам идет смеяться, профессор, — буднично произнесла Санни. — Приходите к нам в субботу!
* * *"
"— Санни, ты спятила! — Постановил Джеймс сразу после урока ЗОТИ. — Ты б еще МакГонагалл пригласила!
— Это предложение? — Лукаво улыбнулась Санни.
— Боггарта тебе в шкаф!
— Вот и я думаю, не надо. Ладно, ребят, у меня прорицания сейчас. До вечера?
— До вечера… — Кисло отозвались мы и поплелись на нумерологию.
Полпути до класса прошло в молчании, потом Роза выдавила:
— Звиздец полный… Джим, без обид.
— Какие уж тут обиды… — Вздохнул Поттер. — Звиздец, он звиздец и есть. Малфой?
— Я за него. Это не звиздец, Поттер, это кое-что похуже, не при дамах будь сказано. Что делать-то будем?
Вопрос был отнюдь не праздный.
Вряд ли преподаватели полагали, что на наших субботниках мы пьем тыквенный сок и играем в шахматы. До сей поры я только тихо удивлялся, почему директор до сих пор не разогнала этот бедлам. Ну вот, похоже, и конец спектаклю, занавес, аплодисменты.
— Что делать, что делать… — Пробурчала Роза. — Снимать штаны и бегать. На четвереньках. По потолку.
— Конструктивно, — съязвил я. — Но проблемы не решает.
— Не идти к Санни? — Неуверенно предложил Поттер.
Мы с Розой наградили его такими взглядами, что василиск бы от зависти удавился.
— Джим, а ты чего так переживаешь? Твой отец никогда не был особо строгим…
— Блин, Роза! — Так и взвился Джеймс, но тут же сник. — Панибратством он тоже не страдает, знаешь ли. К тому же, он не только мой отец, но еще и всехний профессор. Где только у Санни голова?..
А вот этот вопрос был риторическим, и ответом на него стал наш с Розой совместный тяжкий вздох.
