Почему я должен кого-то искать, если первым ее увидел, мне с универа никого не хотелось так, как ее - девчонку из сауны, на которой я майку порвал.
Бесит до красных точек в глазах - это младшие к ней полезли, к моей.
Один даже женился.
На моей.
Опять сверяюсь со временем - вечером закончу пораньше и вернусь за вещами. Съеду на свою квартиру.
- Привет, - в прихожую вплывает Тина, я отступаю и шире распахиваю дверь. - Какой ты загорелый. Хорошо отдохнули?
Ладонями она стряхивает снег с шубы, я надеваю пальто.
Она прикрывает дверь, подпирает ее спиной.
- Регина тоже поразилась, почему у нее такие бессердечные сыновья, - продолжает. - Мне ведь хотелось слетать в отпуск.
- Ты и так не работаешь.
- Ну и что? На отдых тоже не имею права, так? Или у вас денег нет, билет мне купить. Арон, я ношу ребенка. Который станет Рождественским. А со мной обращаются тут, как с прислугой. Не обращают внимания. Не ценят. Ничего. А ты думаешь легко быть беременной женщиной?
- Почему я это выслушиваю, - беру ключи от машины, - Виктора дождись, он у деда.
Мне ехать надо.
- А ты уверен, - она подходит на шаг. И расправляет плечи, так, что животом почти касается меня. - Уверен, что про ребенка я должна разговаривать с Виктором?
Морщусь.
Нет, не уверен."
"В Испании об этом думать было некогда, зато здесь придется, если у брата не может быть детей - его невеста, возможно, беременна от меня.
Конец сентября, дождь, сауна “Пантера” и бутылка коньяка. Потом мокрая размытая дорога, закоулки, дворы, знакомый дом, шестой этаж.
Я приехал, и она впустила, я старший брат ее жениха, но она меня не выгнала. После утро и ее голова на соседней подушке.
- Я ведь знаю, почему ты тогда приехал, - Тина подходит вплотную. - Вы все на этой своей малолетке помешались. И вас всех отшили. А я…- ее рука с длинными острыми ногтями касается моего пальто, - а я на сестру похожа. Ты на меня смотрел - и ее видел, всегда. Да? Так и не отпустило, Арон. Сколько лет прошло? Ты в нее до сих пор влюблен.
- Какого черта ты меня пустила, - говорю то же самое, о чем в то утро спросил.
- Ты же видела, что я пьяный.
- Потому и пустила, - длинные пальцы вылавливают из кармана шубы телефон. Она вертит экраном у меня перед носом. - Помнишь, как был сзади. За волосы меня таскал. И все записывал. Это - моя страховка, Арон, - она улыбается. - Я не дура и понимала. Что Виктор меня бросить хочет. Из-за этой пигалицы. Тут уже любовь не поможет. Все сделаешь, чтобы удержаться рядом.
