На самом деле, - она понижает голос и делает хитрое лицо, - я на разведку пришла. Поглядеть. Чем вы тут занимаетесь. Алиса волнуется.
- А чего не идет тогда? - Ник цедит виски. Крутит в пальцах бокал. - Скажи, я ее тут жду."
"- Ну, я же не почтальон, - Вика отбрасывает волосы на плечо и кокетливо подмигивает. - Сегодня такой важный день. Я свидетельница. И существует одна старая традиция. На счет свадьбы. Не знаю, насколько это правда. Но свидетели обязаны лечь вместе в постель. Чтобы брак молодоженов был счастливым и крепким.
Вот. Своей дорогой подруге я, конечно, желаю счастья. Ну и…
Усмехаюсь.
Что несет эта девица. В постель меня зовет, причем прилюдно. Так открыто меня еще не соблазняли, пизд*ц какой-то.
- Виктор, а что сидим, - Арон разворачивается на стуле. - Ради Алисы надо бы. Традицию соблюсти.
- Я сегодня не в форме, - показываю виски. - Счастье придется. Другим путем добывать.
Намек прозрачен, как стакан олд-фешен в моей руке.
- Виктория, похвально. Мой брат любит честность, - Николас вдруг встает и за руку тянет Вику.
- Иди позови Алису. Мы с Виктором поднимаемся в номера.
Хмыкаю.
Что еще за нахрен?
- Ты меня подружку жены позвал ублажать? - тоже встаю, взглядом провожаю Вику. Она качает бедрами, чешет к выходу. - Николас, побойся Бога.
- Я позвал тебя, - брат залпом допивает виски и брякает стаканом по стойке. - Потому что ты приперся ночью к ней на девичник. И она не устояла. Посмотреть хотел. Как далеко это зайдет. Но моя жена с собственной свадьбы сбежала. От вас. Вывод - она свой выбор сделала.
Это ясно, Виктор?
Ник разворачивается и шагает к дверям.
Отличная речь. Просто аплодирую.
- Ни черта не понял, - смотрю на Арона. - Какой девичник?
Тот жмет плечами. Пьет. Дает бармену карту, рассчитывается.
- Здесь заночую, пожалуй, - говорит и хлопает себя по карманам пиджака. Ты остаешься?
Двенадцать часов. Самое начало ночи. Вечность до утра. И мы еще не все выяснили.
Да, остаюсь.
Глава 26
Арон
Стучу костяшками пальцев по двери и без приглашения прохожу внутрь.
Огромная кровать - на ней легко вчетвером развалиться можно, серое шелковое покрывало и куча подушек.
В углу стол, дальше есть небольшой диван. Большой балкон и шторы открыты, за окном глухая, синеватая ночь.
Виктор снимает пиджак. Бросает его на спинку стула и вопросительно поворачивается на меня.
- Чего тебе?
- Так. Просто, - вдвигаюсь в номер и присматриваюсь к домашнему бару. Трезв, как стеклышко, а выпил немало, устраиваюсь на диване и киваю брату.
