Эффект Грэхема

Это единственное, в чем я могу его обойти.

Райдер переворачивается, благодаря чему мы оказываемся лицом к лицу. Он смотрит на меня с совершенно непонятным выражением.

Порой я ненавижу его умение вытягивать из меня признания, даже не стараясь. Он не любопытничает, не просит поделиться секретом, не наседает с разговорами. Просто рядом с ним у меня язык развязывается, и я готова поведать ему все тайны.

– Я хочу… чувствовать себя важной, чтобы моя собственная жизнь была важна, – признаюсь я. – Добившись этого, я бы наконец выбралась из папиной тени.

Я могла бы получить олимпийское золото – то, чего у отца никогда не будет, – у меня вырывается раздраженный стон. – Я чувствую себя такой жалкой, когда говорю об этом. Ужасно, правда?

– Конечно, нет, – я вздрагиваю. – Это только крошечная часть общей картины. Маленький процентик. Идея, которая сидит у меня на подкорке и иногда напоминает о себе. Соревнования на мировой арене гораздо важней, чем конкуренция с собственным отцом. Это же восторг просто!

– Хорошо.

Вот на этом восторге и сосредоточься. Но помни и о маленьком процентике.

– Мне даже признаваться в этом неприятно, – бормочу я, прикрывая глаза. Райдер приподнимает мой подбородок, касается его пальцами, и я вздрагиваю.

– Надо тебе с этим справиться, – хмуро произносит он.

– Ого. Я только что поделилась с тобой таким важным для меня моментом, а ты…

– Да нет же, я не это имею в виду, – он качает головой. – Надо тебе прекратить испытывать вину за собственные чувства. Ты ненавидишь эту девицу, Эмму, и страдаешь из-за собственной ненависти.

Тебе хочется получить то, чего нет у твоего отца, но тебе неловко от одной мысли об этом.

Меня душат слезы. В горле ком, глаза щиплет. Господи, надеюсь, я хоть не разрыдаюсь.

– Ты будто намеренно отказываешься говорить вслух о каких-либо негативных вещах. Как будто от этого ты сразу станешь плохим человеком. Или же тебе кажется, что ты должна быть вечно благодарна за то, что родилась обеспеченной и одаренной. – Он обнимает меня, легонько целует, поглаживает по голой руке.

 – Чувствуй как чувствуется, и все. Это нормально.

Я часто моргаю, пытаясь сдержать слезы, но все напрасно: они вот-вот потекут по щекам, и вовсе не потому, что мне стыдно за сказанное.

Я больше не могу отрицать, что у меня появляются чувства к этому парню.

– Я… – перевожу дух, пытаясь вернуть самообладание. – Я никогда не встречала человека, которому могла бы рассказать обо всем и при этом комфортно чувствовать себя.