– Выгребайте! – кивнул он пожилому чубатому казачьему старшине, и первая лодка медленно отчалила от русского берега. Восемь вёсел с каждого борта с тихим плеском опустились в воду, и она бесшумно скользнула на основное русло. Безлунная ночь способствовала переправе. До середины Дуная добрались быстро.
– Пан охфицер, на берегу вогни горять! Татары костры, схоже, жгут? – Командующий казаками сотник протянул вперёд руку, указывая на выплывающий из сплошной темноты высокий берег.
– Да, похоже, что так, – прошептал Лешка, вглядываясь в отблески пламени нескольких костров.
– Платон, подскажи своим, пусть они чуть выше этого места возьмут, там берег повыше, и мы в его тени совсем незаметными будем.
– Добре, зараз зробимо! – кивнул сотник и протиснулся к кормовому веслу.
Через несколько минут лодка была уже под береговым обрывом и мягко ткнулась в отмель.
– Дозор пошёл! – тихо скомандовал Егоров."
"Шестеро разведчиков во главе с Цыганом выпрыгнули из судна и, хватаясь за кусты, начали карабкаться на обрыв.
Вся остальная команда егерей спряталась за высоким бортом, виднелись лишь выставленные стволы ружей да егерские картузы. Это ожидание было самым тревожным. Как знать, может быть, их давно уже заметил с высокого берега турецкий дозор и вот-вот раздастся ружейный залп? Но всё вокруг было тихо.
Вдруг с самого верха обрыва посыпались камешки, и к лодке, заполошно дыша, подскочил Бориска.
– Всё спокойно вокруг, вашбродь! Фёдор Евграфыч приказал вам передать, что здесь, наверху, турки нет.
Там, чуть ниже по течению, мы три костра отсюда разглядели. А подыматься на эту кручу лучше будет маненько правее. Там ручеёк сбегает, и возле него склон к реке более пологий.
– Трифон, всё слышал? – Егоров посмотрел на командира первого плутонга.
– Так точно, Ваше благородие, – отозвался унтер, перехватывая поудобнее штуцер.
– Тогда выгружай плутонг и бегом наверх. Борис, ты ведёшь егерей к кострам, там окружаете их и по команде бьёте турок штыками, – отдавал указания ротный.
– Огонь не открывать ни в коем случае, гренады не бросать, всё делать тихо! Мы с дозорными и с оружейниками снимаем караулы. Карпыч, как все выгрузятся, отпускай казаков на наш берег. Курт, Афанасьев, вы за мной, – и троица, взяв чуть правее места высадки, начала карабкаться на береговой обрыв. А позади уже слышалось – «бум, бум, бум», то били глухо о борт лодок подошвы солдатских сапог. Первый плутонг начал высадку.
