Егерь императрицы. Русский маятник

– Официальных бумаг никаких пока нет, Алексей Петрович, – ответил приглушённо полковник. – Всё как обычно. Однако и до меня некоторые слухи дошли. У командира второго батальона секунд-майора Новикова родной брат в Московском мушкетёрском полку служит, от него люди в имение под Сухиничи пару повозок перегоняли с добром. Ну вот там старшим над ними брат своего вестового приставил. Рассказал тот моему Новикову, что в сентябре полк к Торжку погнали, а там, дескать, дальше речными судами к Астрахани будут сплавлять, ну а зимой, как только дорога затвердеет, его в Кизляр, на Кавказскую линию, отправят.

Только это секрет, втайне делается, и никому не велено ничего говорить, ну как обычно.

– Понятно, по секрету всему свету, – проговорил тихо Алексей.

– Алексей Петрович, я только вам! – вскинулся барон.

– Да конечно, Филипп Иванович, не принимайте это к себе, я шучу, – успокоил полковника Егоров. – А ведь и моих егерей могут также послать. Московские мушкетёры с нами по соседству располагаются, у той же Семёновской площади в казармах.

Запросто могли бы их вместе отправить. Про то, что с ними егеря в поход из Санкт-Петербурга уходили, ничего не говорил вестовой?

– Не-ет. Только про свой полк. Думаю, что зря вы, Алексей Петрович, беспокоитесь. Если бы решились, то непременно бы вызвали в столицу в связи с походом.

– Надеюсь, – пожав плечами, проговорил Егоров. – А всё же на душе как-то неспокойно.

Рождественские праздники прошли по-семейному, с катаниями на санях, ледянках с горы, песнями и большими застольями.

– Я уже и забыла, как это всем вместе быть, – проговорила счастливая Катарина. – Помнишь, как на Буге весело жили? Молодые были, всё проще тогда казалось. Уйдёшь в свой поход, и сколько тебя опять ждать? – спросила она, гладя Лёшкины волосы.

– Ну с чего ты взяла, что я уйду? – ответил тот. – Сама императрица целый год отпуска мне дала, а потом приказала в столицу со всеми вами возвращаться. Забыла, что ли?

– Ничего я не забыла, – вздохнув, произнесла Катарина. – Однако вижу, как ты места себе не находишь.

Словно одной ногой здесь, а другой со своими егерями. Думаешь, всё-таки пошли они в поход?

– Нет, навряд ли. Уверен, что Живан предупредил бы."

"– Ну вот и не думай тогда о войне. – Катарина прильнула к мужу. – Лучше обними меня покрепче. Ты сейчас здесь, с нами, только Ильюшки одного не хватает, а так вся семья в сборе.

Двадцатого января, когда все близкие собрались на обед, с дороги на Козельск в усадьбу прикатил крытый возок.