Он посмотрел на разгромленный стол и сделал правильный вывод:
— Я так понимаю, украшать стол больше не надо?
— Почему же? Надо, — совершенно странно и не понятно отреагировал Кирилл. Он подошел к парню и буквально вырвал букет белых роз из его рук.
В глазах полная пустота и на лице ноль эмоций. Кирилл взял цветы за стебли и я увидела, как на пол полилось несколько капель крови от того, что острые шипы впились в его крепкую ладонь. Но Черный будто бы не замечал этой боли. Он второй рукой подписал бумажку и велел, чтобы украшали стол.
"
"Кирилл поднял букет шикарных роз перед лицом, будто наслаждаясь их красотой, а потом взял несколько бутонов и сжал их в ладони. Жестко сжал, словно собирался измельчить своей силой. А после разжал пальцы и стряхнул лепестки, которые красиво упали частично мне на колени, а частично на грязный пол.
Некогда прекрасные белые лепестки окрасились кровью и помялись. Изуродованные, кровавые теперь валялись под моими ногами.
— Это вновь мои тебе цветы, — объяснил свои действия.
— Я заказал сегодня здесь столик. Не знал, что тут еще мой друг репетирует, но, наверное, было бы все иначе, попросил бы его спеть для тебя. Но, думаю, он уже не только спел для тебя, но и сделал своей. Как пожелаешь.
Кирилл ненадолго замолчал, несколько невероятно долгих секунд всматриваясь в меня все такими же пустыми глазами. Безразличными. Мертвыми.
— Скоро еще принесут цветы, — сказал опять Кирилл. — Выбрось их, также, как обычно поступаешь с моими подарками.
Выбрасываешь на помойку перед домом? Вот также и сейчас сделай… Это мои последние цветы тебе. Как ты и хотела, я больше не буду появляться рядом.
Кирилл в последний раз странным взглядом оглядел мои руки, которыми я заботливо прикасалась к Паше и пыталась стереться кровь с его лица, а после осмотра с неуместной издевкой прокомментировал:
— Бляяядь…это же надо было докатиться. Сначала своего родного брата отпиздил, теперь друга…
Черный, потеряв к нам с Пашей интерес, развернулся на месте, при этом кроссовками потоптавшись на кроваво-белых некогда прекрасных лепестках, теперь же изуродованными нами.
— Пока, Ника! — Кирилл, засунув руки в карманы штанов, пошел в обратном направлении и лишь напоследок, не оглянувшись, помахал нам с Пашей на прощание.
Глава 29
Голова непривычно гудела, и я была сама не своя от вереницы мыслей. Не получалось сопоставить факты, провести логическую цепочку между событиями.
