Ему приходилось постоянно либо говорить, либо ходить, либо руки чем-то занимать, из-за чего сложилось впечатление того, что он не в трезвом уме. Под наркотическими веществами. И этот факт еще сильнее пугал.
Возле того же стола с пепельницей Стас достал с нижней закрытой полки запечатанный шприц и ампулу. Некоторое время проводил разные манипуляции: распечатывал, выливал, выбрасывал, ходил по комнате. Только через несколько минут, завершив приготовления, Чернов поднял полный шприц иглой вверх и вновь мерзко заулыбался.
— Нужно ускорить процесс. Пожалуй, пущу тебе наркоту по вене, так быстрее достигается эффект!
С полным шприцом наркотика Стас нарочно медленно присел на диван рядом с моим бедром, взял нежно мою руку, внимательно разглядывая голубые прожилки вен, в которые собирался вонзить шприц. Но увидев огромную иглу возле своей бледной кожи, я сглотнула горькую слюну и испуганно взмолилась о милости:
— Стой, пожалуйста.
Я знала лишь одно — мне необходимо потянуть время. Почему-то в этот самый страшный момент я думала о Кирилле и была уверенна, что он ищет меня.
Ждет возле лестницы. Он ведь не подумал, что я с кем-то ушла и оставила его? Он ведь будет искать?
Я попробовала пошевелить ногой, но, к сожалению, прекрасно осознавала заторможенность собственных действий. Мои рефлексы были сильно ослаблены воздействием наркотического средства, отсюда следовал естественный вывод — просто так со связанными руками и на шатких ногах я бы не убежала из этой комнаты.
А музыка, доносившаяся из-за стен, подсказывала, что народ развлекался в клубе и мои хриплые крики (пусть я бы и сорвала горло) но никогда бы не услышал.
Когда оставалось всего несколько сантиметр от иглы до моей вены, своей свободной ладонью я мягко обхватила руку Стаса. В особенности нежно погладила грубоватую кожу его костяшек на кулаках. После моей ласки я почувствовала на себе удивленный взгляд Стаса. На долю секунды мне показалось, что мужское лицо изменилось от испытываемых эмоций.
Суженный зрачок вдруг стал шире, а рот немного расслабился.
Понадеявшись, что эти изменения хороший знак, я поглядела Чернову в лицо и искренне призналась:
— Стас, я была такой глупой. Идиоткой. Полной идиоткой. Это всё Паша сбил меня на некоторое время и по глупости я бросила тебя, а потом пожалела. Сто тысяч раз пожалела, что бросила тебя!
В то время, как Стас не реагировал на мои слова, я переисполненная надеждой решила и дальше играть.
