Помню, перед тем, как я потеряла сознание голова и вовсе раскалывалась, поэтому сейчас ощущала некоторое улучшение состояния. Разве что, тело казалось ватным, из-за чего каждое движение давалось с трудом.
Открыв глаза, я увидела совершенно незнакомое мне место. Было темно, но по очертаниям мебели и стен я поняла, что находилась в каком-то доме. Меня сюда Кирилл принес? Немного поворочавшись я еще поняла, что лежала на ветхом диване, правда, ноги на нем не помещались и приходилось их свешивать в бок на пол.
В ноздри забивался запах пыли и постоянно возникало желание чихнуть, а возле лица неизменно мелькала «тряпка», испачканная моей кровью.
Едва эта вещь вновь приблизилась к моим губах, как я резко поднялась с дивана и стукнула по мужской руке, словно это не я только очнулась после потери сознания.
Противно от его прикосновений! И получать от него помощь меньше всего хотелось! Не надо теперь притворяться заботливым.
— Не… — я так и не смогла произнести ни слова, ведь горло при резком движении сдавило, из-за чего я закашлялась, но, к счастью, уже вскоре мне удалось выровнять дыхание.
— Я терплю твои выходки, только потому что в этом есть доля моей вины и потому что не желаю потом сидеть из-за того, что ты заснула в лесу и замерзла насмерть! — устало ответил Кирилл, расположившийся на одном колене возле дивана и насильно, схватив меня за запястья, положил обратно спиной на мягкую поверхность.
— Какой же ты заботливый, — я зашипела, пропитывая сказанные слова сарказмом, но сопротивляться не стала.
Перед глазами все поплыло и я поняла, что еще не пришла в себя из-а чего резкие движения не пошли мне на пользу.
— Наслаждайся. Таким я буду недолго.
После моего успокоения Кирилл начал «тряпкой» стирать с моего лица кровь, а я морщилась. Воспользовавшись тем, что глаза привыкли к темноте, я оглянула помещение, в котором мы оказались. Этот ветхий дом явно пережил не первый десяток лет. В некоторых местах доски были сломаны и сквозь них проникал сильный ветер.
Я до сих пор была в куртке и от этого казалось более или менее тепло в помещении, а Кирилл — без верхней одежды. Он подсвечивался в темноте только благодаря белой рубахе с одним оторванным рукавом. Именно это было «тряпкой», которой он смывал кровь с моего лица.
— Где мы? — поинтересовалась, а в ожидании ответа поискала в карманах пуховика телефон, но, к несчастью, его там не оказалось. Наверное, забыла в номере.
— Черт знает где. В каком-то заброшенном доме.
