Его Цель (СИ)

Дима покачал головой и, взяв пачку сока, стояющую рядом, начал разливать нам каждому в стакан."

"— Знакомы — не значит друзья, запомни, — проговорил он.

— А, — единственное, что я могла только сказать.

Так мы просидели с ним в тишине минут десять, но его это, кажется, вообще не смущало. Я же испереживалась, где Максим, обижается ли он на меня. Этот дом полон одних неприятностей.

— Ты была в библиотеке у отца Макса?

Я покачала головой.

— Хочешь, покажу?

Мысль мне очень понравилась, но это было не очень с нашей стороны идти в чужые комнаты.

— Все нормально, Николай Валериевич не против, он сам часто вводит туда кого-нибудь, а тут у него нашелся тот, кто разделяет его интересы.

— Я не знаю…

— Пошли, давай, не дрейфь, — он взял меня за руку и повел на второй этаж.

Там я еще не была, но могу с уверенностью сказать, что у дизайнера, если он, конечно, был, отличный вкус. Никогда еще не видела такой красивый интерьер. Мы подошли к массивной двери, и Дима ее отворил.

— Ого, — вырвалось у меня.

Тут было очень много книг. Они все стояли вдоль стены, а в середине стояли диван и пару кресел. Они, видимо, предполагались для места, где можно было бы отдохнуть с книгой.

— Тут здорово, — сказала я Диме, но того рядом не оказалось, — Ди-и-им?

Он стоял рядом с дверью и копался в своем телефоне. Услышав свое имя, он отвлекся и сказал:

— А, слушай, я щас вернусь, отец зовет. Подожди меня тут, — и скрылся за дверью.

Я даже ""подожди"" не успела сказать.

У Николая Валериевича была в основном русская классика: Толстой, Достоевский… Интересно.

— Нравится? — раздался чей-то хриплый голос у меня за спиной.

От испуга я вскрикнула. Повернувшись лицом к источнику звука, я удивилась, передо мной стоял Максим.

— Ч-что ты тут делаешь? — пробормотала я, делая шаг назад, потому что мы стояли с Максимом слишком рядом.

— Постой, не уходи, — прошептал Максим, делая шаг ко мне.

— Максим, — я поставила руки перед собой в качестве преграды.

Когда Фролов оказывался слишком рядом со мной, мой разум начинал тормозить, да и самой мне становиться не по себе. Будто это не я.

— Господи, Кэти, я так больше не могу.

Я смотрела в пол, в угол, но только не на Максима.