Его игрушка

Он тихо засмеялся и накрыл меня собой, прижимая крепко-крепко, позволяя ощутить каждую мышцу, напряжение своего тела — он сам, как натянутая струна. Я хочу сыграть на нем. Боже, очень хочу! Обхватила ногами поясницу, насаживаясь на каменный член. Если он не трахнет меня — возьму все в свои руки. Это недельный стоп-оргазм меня доконает!

Джейсон стряхнул меня — я захныкала, как маленькая девочка. Мерзавец! Изверг. Бесчувственное чудовище! Он точно хочет стать вдовцом. Убить меня нежно.

— Что ты делаешь? — дернулась, почувствовав сталь наручников на запястьях.

Опять лишает меня свободы. Мне это надоело! Я готова нарушить все договоры, и наконец удовлетворить себя сама, если муж отказывает мне в исполнении супружеского долга! Нет, себя-то он не обделил, а вот я на голодном пайке. Я застонала от стыда и бессилия. Софи Хантер, когда ты стала такой озабоченной? Да, я себя не помнила, в чувствах потерялась, в Джейсоне, как в безумном океане, утонула.

Мои ноги тоже жестко зафиксировал, широко разведя. Если снова начнет дразнить и на пике останавливаться — завтра же подам прошение расторгнуть наш брак! Наш… Я так привыкла, что перестала делать поправки и оговорки, что муж не мой, и дом чужой…

— Завтра разведусь с тобой! — озвучила свои мысли.

— Заткнись, Дэдэ, или вставлю в рот кляп.

— Лучше вставь в меня член!

Джейсон оглушительно расхохотался. Весь Манхэттен слышал, наверное!"

"— Какая ты горячая, девочка моя, — он достал какую-то штуку — маленькая кожаная хлопушка, что ли? На мух охотиться собирается?! Провел по груди, изводя тугие соски, чувствительные до боли.

Спустился к животу, нежно поглаживая круговыми движениями. Я не сдержала стон. Мне везде сейчас было и больно, и приятно.

Погладил набухшие складочки, затем раздвинул, любуясь возбужденным клитором.

— Ой, — легкий шлепок заставил меня распахнуть глаза. Это что такое?! Я была связана и распята. Доступная, как открытая книга, и Джейсон пользовался этим по полной. Я задышала быстро-быстро, теряясь в ощущениях. Сначала было болезненно-остро, затем стало сладко.

Он точно рассчитывал частоту и силу ударов, заставляя тело сжиматься в предоргазменных конвульсиях. Если он и на этот раз не доведет меня до вершины моего личного Эвереста — я умру. Потом воскресну, убью его и снова умру!

— Хорошо? — шепнул Джейсон, меняя положение — его член, налитый силой, покачивался точно возле моих губ. Я облизнула головку, слизывая каплю смазки, осторожно зубами прихватывая. Не больно, но пикантно.