Его игрушка

— Как она? — этот вопрос за последние пять минут звучал раз сто.

— Без изменений. — В зеркало заднего вида увидел, как Том дотронулся до ее ладони. — Руки ледяные.

Я повернулся, на автомате поворачивая на перекрестке.

— За дорогой следи!

— А ты за женой моей следи!

Да, мы оба были на нервах.

Я парковался максимально быстро, но осторожно, затем перехватил бесчувственную Дэдэ и в три ступеньки поднялся ко входу в Пресвитерианский госпиталь на Бродвее.

— Кто-нибудь, помогите! — крикнул, привлекая внимание. Что же здесь народу так много-то!

К нам кинулась медсестра и мужчина в халате.

— Люси, каталку! — бросил он. — Что случилось?

— Не знаю! Вы мне скажите! — взорвался я. Кто, блядь, здесь доктор!

Дэдэ уложили на каталку и надели кислородную маску. Быстро повезли — я следом.

— Расскажите, что знаете, — сухо проговорил врач, измеряя пульс и реакции.

— Черт, мы спорили, — запнулся я. — Потом ее стошнило и появилась кровь.

Мужчина бросил на меня странный взгляд и сказал:

— Оставайтесь здесь.

Дэдэ увезли в отделение реанимации, и последнее, что я услышал:

— Похоже на выкидыш.

Что? О чем это он? Голова совсем не варила: я мысли не мог в кучу собрать.

— Сэр, необходимо заполнить документы, — к нам подошла сестра с административной стойки."

"— Том, — попросил я. Он понял сразу. Я не мог отойти от дверей реанимации. Мне нужно знать, что там происходит. Что с Дэдэ, черт возьми?! Мне было страшно. Очень страшно. Я так не боялся даже, когда деда с инфарктом увезли. Какой бы ни была моя жена — она должна быть! Ходить, дышать, задом своим аппетитным передо мной вилять, доводить до безумия, злить до белых пятен перед глазами, мило улыбаться, бросаясь остротами — Дэдэ обязана жить!

Что же время так тянется?! Резина какая-то, честное слово! Я присел возле кофе-аппарата, уронив голову, взлохмачивая волосы.

— Ты как?

Блядь, что за тупой вопрос!

— Херово!

Персонал суетился, люди кричали, кто-то плакал, но для меня все это было фоном, через плотную вату подсознания пробивались только обрывки реальности.

— Кто отвечает за миссис… — из реанимации вышел другой врач и, сверившись с клочком бумаги, договорил: — Дэйдру Морган-Сторн.

— Я, — рывком поднявшись, бросился к нему. — Она моя жена.

— Мистер Сторн, я доктор Ханиган.