Его игрушка

Но если все, что было между нами, действительно не ложь, то, возможно, ее признание в любви настоящее, искреннее. Все бы отдал, чтобы так и было.

Уже утром у меня на почте появилось письмо с пометкой срочно. Файл назывался «Софи Хантер».

— Софи, — произнес вслух, прокатил на языке, желая прочувствовать, чем оно отзывается во мне. Оно отзывается. Карамелью и розами. Глазами яркими и смехом жемчужным. Страстью жаркой и желанием диким. Рядом быть хочу. Любить ее хочу. Софи. Ей шло. Это точно ее имя. Никакая она не Дэдэ.

Я сосредоточенно изучал информацию, присланную детективом. Младшая сестра-близнец Дэйдры Морган. Родители развелись, когда девочкам было по пять лет. Общение бывшие супруги Хантер не поддерживали. Учительница живописи в санта-кларской школе, отец болен раком, несколько кредитов и ссуд на лечение.

— Учительница, — пробормотал вслух. С каждым узнанным фактом пазл соединяется в цельный образ. Я закатил глаза, вспомнив, как высмеял ее откровенный ответ:

В детстве я мечтала стать учителем…

Ну что я за болван! Полный придурок.

Правда всегда была на поверхности, а я даже не пытался увидеть ее. Судил жестко и предвзято, не обращая внимание на несостыковки. В тридцать три узнать, что ты идиот — неожиданно, однако.

Я снова принялся читать. Сведения были самые общие, детектив еще работал, но примерную картину произошедшего составить несложно.

Вероятно, Дэдэ предложила финансовую помощь на лечение Майка Хантера в обмен на нетривиальную услугу от сестры. Зная, как жена — так и не могу сказать покойная — умела лгать и выкручиваться, не удивлюсь, если задание представлялось Софи иначе.

Да и Дэдэ ни за что бы не подложила под меня другую женщину. Она была той еще собственницей, хоть и сама верностью не отличалась.

Теперь понятен шок Софи относительно беременности, и попытки сбежать, убедив меня, что ребенок не мой. Неужели она полагала, что сможет вернуться к прежней жизни? Неужели думала, что я не замечу подмены, когда вернулась бы настоящая Дэдэ? Да я бы душу из нее вытряс, но узнал, где та, что жила со мной полгода.

Я снова посмотрел на улыбающуюся зеленоглазую брюнетку, смотревшую на меня из скана водительского удостоверения. Они ведь совершенно разные! Похожие, как две горошины из одного стручка, но вкусная только одна.

— Да, Сол, — быстро ответил я. Его звонков я ждал больше, чем второго пришествия. — И что сказал водитель? — торопил я. — Кто живет в этом доме, знаете? — замолчал, слушая рапорт.