Его кексик (ЛП)

Не говоря ни слова, Райан заставил меня чувствовать себя красавицей.

Королевой.

Я запустила пальцы в его волосы, не позволяя отстраниться, пока он, окутывая меня своим жаром и заражая своей страстью, выцеловывал каждый дюйм моей обнаженной кожи.

— А мы сможем прерваться? — непроизвольно вырвалось у меня.

— Я захватил презерватив. Зачем мне прерываться? — его хриплый, застревающий на каждом слоге голос вызвал вибрацию у меня в груди.

— Нет. Я имею в виду, когда мне нужно будет уехать. Не совершим ли мы сейчас непоправимую ошибку?

— Прямо сейчас меня волнует лишь одно.

Я не хочу, чтобы этот момент остался в моей памяти как ночь, которую я жаждал разделить с тобой, но не смог тебя добиться. Это стало бы самым горьким и болезненным разочарованием моей жизни.

Я притянула его голову еще ближе к себе и, бездумно глядя в небо, отдалась во власть его поцелуев. Городские огни — даже в такую позднюю ночь — затмевали своей яркостью звезды, поэтому вместо них я видела лишь черноту и желтые размытые пятна.

Пытаться разобраться в своих чувствах через призму нахлынувшего удовольствия было таким же бесполезным делом, что и моя попытка разглядеть звезды. Поэтому я закрыла глаза и отпустила последнюю нить своего внутреннего сопротивления.

Я попыталась расстегнуть его ремень, но Райан, избавив меня от лишних мучений, сделал это сам. Затем он быстро скинул брюки и нижнее белье. Я хотела украдкой взглянуть на его достоинство, но, увы… он уже подтащил меня к краю стола.

Презерватив он надел также быстро и ловко, как расстегнул мой лифчик. Без промедлений направил в меня свой член и мгновенно им заполнил.

Я ахнула.

Если честно, я ожидала нечто иное."

"Мне казалось, Райан заставит меня прочувствовать каждый дюйм своей мощной эрекции, чтобы я начала умолять его не тянуть. Но в то же время его напористость показалась мне очень своевременной. Я сцепила лодыжки на его талии, впившись пятками в его твердые мышцы, а он, упершись одной рукой в стол и обхватив другой мое бедро, начал ритмично двигаться во мне, позволяя прочувствовать каждый дюйм своего эрегированного члена.

Я не могла сопротивляться тихим хныкающим стонам, непроизвольно срывающимся с моих губ. Мои ресницы были плотно сжаты, а в глубине мелькали белые вспышки, пока он занимался со мной любовью.

Это не было безмозглым вколачиванием, нет. Райан исследовал меня. Я чувствовала, как его член изучал мое лоно: дюйм за дюймом, стон за стоном.