Его личная звезда. Дилогия

Тот, что остался стоять, был весь испачкан в грязи, в копоти - откуда ей взяться? - и в крови, как человеческой, так и в липкой вязкой дряни.

Действуя инстинктивно, Ирида прижалась к стене и... изображение ринга пропало, девушка снова запустила скрытый механизм.

- Черт. Черт! Черт... - от обиды на глазах навернулись слезы. Да что же это такое. С досады прикусив губу до крови, Ирида рухнула кулем на мягкие покрывала.

Она могла сколько угодно биться о стену и сетовать на судьбу, но ей ничего не оставалось делать, как снова ждать.

Она несколько раз переворачивалась со спины на живот и обратно.

Накрывала лицо подушкой.

Вскакивала от малейшего шороха за дверью, замирая в ожидании.

И когда наталкивалась на безмолвие, снова падала на покрывала.

Кто-то свыше решил испытать её на прочность, подкидывая всё новые и новые испытания, закаляя её характер. Куда, скажите, делась та Ирида, что дрожала от испуга при виде латунцев и желала никогда не сталкиваться с Богданом Славинским? И когда появилась она, настоящая, что всем сердцем жаждала, чтобы треклятая дверь отъехала в сторону, пропуская Богдана внутрь?

Слава Небесам, иногда наши желания исполняются.

Только послышался звук открывающейся двери, Ирида уже была на ногах. С растрепанными волосами, с розовыми щеками, заламывая от нетерпения руки, она выглядела невероятно привлекательно. Это единственно, что заметил Богдан.

Он не чувствовал ничего - ни боли, ни радости. Лишь видел Ириду.

Вошёл и встал напротив неё. Такой маленькой, такой родной. И неужели на её лице застыло беспокойство?

Та, снова прикусив губу, жадно всматривалась в его лицо, плечи, голый торс, отмечая все раны.

- Богдан.

Её голос дрогнул.

- Всё хорошо, звезда, мы летим домой, - улыбнулся Богдан и упал без чувств.

Ирида, ойкнув, попыталась его поймать, да куда там, не всякий взрослый мужчина в состоянии удержать безвольное тело натренированного воина, а слабая девушка тем более.

- Богдан, - простонала она и кинулась к нему, не зная, что предпринять дальше.

- Я помогу.

Она не слышала, как следом за Богданом в комнату вошёл Шард и ещё трое Чужих. Да и находилась не в том состоянии, чтобы замечать кого-либо, кроме Богдана. Казалось, весь мир сузился до распластанного на полу мужчины.