Его личная звезда. Дилогия

- Ты заболела?! Где у тебя болит?! Черт, говорил же, что надо в клинику, на обследование, а ты, упрямая девчонка...

- Славинский, у нас будет ребенок. Ре-бе-нок.

Она оборвала Богдана, прижав указательный палец к его губам.

Мужчина застыл, его глаза расширились до невероятныx рaзмеров и полноcтью окрасились в черный.

- Ребенок?

Он тупил. Сильно.

- Ну да, - Ирида ласково улыбнулась, сдерживая смеx. Она впeрвые видела Богдана Славинcкoго раcтерянным.

Он стал похож на мальчика. На его лице даже проскользнула беззащитность, сменившаяся сумасшедшей, неподдельной радостью.

- Звезда, - простонал Богдан, хватая Ириду и прижимая к груди. Сильно, но бережно. Надежно, но заботливо. - Что же молчала...

- Вот. Говорю, - дышать было немного затруднительно. Пусть. Ирида не хотела вырываться, менять положение тела, ей в любом случае комфортно в объятиях своего мужчины.

- Звезда... Ты же моя звезда... Правда?

- Правда...

Невероятная нежность затопила её. И она могла поклясться, что прежде чем Богдан прижал её голову к своей груди, она успела рассмотреть, как его гипнотизирующие глаза увлажнились.

- Я люблю тебя, звезда. Сильно. Невероятно. Навсегда.

ЭПИЛОГ"

"Ирида с Богданом до самых родов не знали, какого пола у них будет ребенок. Богдан говорил, что пол ребенка лично для него не играет никакой роли, он же не коренной латунец, и их генетические особенности его не коснулись.

Родился мальчик.

Крепкий здоровый карапуз, которого отец категорически отказывался выпускать из рук. Пеленал сам, купал сам.

- Ты невыносим, Богдан.

- Ага, - муж соглашался со всеми её доводами.

Когда Данилу исполнился месяц, на связь вышел Стас.

- Э, ну я тут... как бы... похвастаться решил, - Ирида не узнавала брата. Чтобы Стас - и заикался? Смущался?

- Хвались.

- У нас тут тоже роды были, - её брат-бугай покраснел. - Так я вел роженицу... Давал ей препараты, правда, пока пробные... Мои разработки. И она... в общем... живая она. Родила сама и прекрасно себя чувствует.

- Стас, дружище, поздравляю! - это был уже Богдан. Он аккуратно сместил на кресле Ириду и принялся расспрашивать Стаса про исследования и реакцию латунцев.

Ирида встала за спинку кресла и по старой привычке прикусила нижнюю губу.

Как же она любила своего эшелонца... Не передать словами.

Когда она призналась в ответных чувствах Богдану, он хрипло произнес:

- Я знаю. И я счастлив, что ты это осознала.

В этом он был весь. Уверенный в себе.