Взяла губку и, намылившись несколько раз, прислонилась спиной к стене, приподняла ногу, упёрлась ей в боковую стену и стала намываться между ног.
Зашипела от боли и невольно из глаз снова брызнули слёзы.
Всё там болело и саднило, но я остервенело, тёрла и тёрла, пока не ощутила, что уже начала сдирать кожу.
«Этот урод ещё и кончил в меня», — подумала с ненавистью. — «Господи, не допусти, чтобы я забеременела от него!»
Попыталась вымыться и изнутри, но моя плоть настолько опухла и болела, что даже касаться было больно.
Потом я вымыла голову, промыла волосы от засохшей спермы и натёрла тело до состояния, что кожа стала багровой.
Пять раз почистила зубы и прополоскала горло, но даже после этого, я стойко ощущала вкус Джанабаева.
После душа мне определённо было лучше, но я знала, что уже никогда не смогу ощущать себя по-настоящему чистой.
Сейчас у меня создавалось стойкое ощущение, что я сильно испачкана — физически и морально.
Сегодня я стала другой.
Юная девушка Елена навсегда исчезла — истаяла, как весенний снег, растворилась и больше никто её не увидит и не услышит.
Её место заняла другая Елена, но какая она, мне ещё предстоит узнать.
С этими мыслями выключила воду и вышла из душевой. Горячий пар заполнил ванную комнату, будто в бане. Также докрасна вытерла тело махровым полотенцем и обмотала им голову.
Надела махровый халат и вышла из ванной.
Не в силах поднять ноги, дошаркала до кровати и упала на неё.
Закуталась в одеяло и, поддавшись усталости и отчаянию, я крепко уснула.
Глава 8
Артур
Спустился к брату.
И как только вошёл в его комнату, усмехнулся.
Он читал книгу, сидя на своей кровати.
Одна рука была перевязана.
— Когда тебя зову, ты не приходишь, — сказал он, не отрывая взгляда от книги. — А когда видеть тебя не желаю — ты тут как тут.
Продолжая улыбаться, сел в кресло, что стояло напротив кровати, и демонстративно тряхнул пачкой сигарет.
— Закуришь? — спросил брата.
Тот поднял на меня свой взгляд и кивнул.
Встал с кресла и подошёл к нему. Вынул из кармана зажигалку и поднёс её к сигарете.
Брат с наслаждением затянулся и с подозрением уставился на меня.
— У тебя хорошее настроение? — спросил он, выгнув одну бровь.
Я вернулся в кресло, взял и себе сигарету, прикурил и, выпустив кольца дыма, ответил:
— Сегодня я сделал то, о чём два года грезил и мечтал. И всё прошло лучше, чем идеально.
— И что же это? — поинтересовался мой брат. — Я думал, что ты итак счастлив, отобрав у меня мою же жизнь и моё имя, Талгат.
