Его М.Альвина (СИ)

Сквозь откровенный издевательский смешок Данила слышу характерный щелчок кнопки тропического душа, а мелкие капли мгновенно попадают мне на спину.

– Даже не думай! Нет! – Визжу на одном дыхании.

Отпираюсь, рьяно машу руками-ногами, но в ответ получаю всего лишь насмешливое:

– Охладись! Что-то ты слишком буйная.

Под мой непрекращающийся визг Данил закидывает меня в непрерывный поток прохладных капель. У меня пропадает голос и дыхание. Я издаю беззвучный вопль, едва удерживаясь на ногах. Чувствую, что легкая ткань футболки впитывает в себя каждую прохладную каплю.

Вода потоком сбегает вниз, делая омерзительно влажными и мои джинсы. И я все еще стою в ванне под тропическим душем, хватая ртом воздух, пока в глазах Данила разгорается победный огонь, а на губах играет кривая ухмылка.

У меня отпадает всякое желание быть здравомыслящей и адекватной. Я без зазрения совести распускаю весь клубок нервов, скрутившийся за эти пару дней. Рука непроизвольно тянется к отдельно стоящей душевой лейке. Одно нажатие кнопки и весь поток капель, льющийся сверху, оказывается на нахальном лице этого гада.

Мне вообще плевать, что вода теперь хлещет по всей ванной комнате, заливая пол, стены, зеркало –все вокруг. Месть так адски и бешено бурлит в крови, что я делаю напор сильнее и просто обливаю Данила с головы до ног, мечтая, чтобы этот придурок захлебнулся прямо здесь и сейчас.

– Ненормальная! – Его лицо за секунду меняется с самодовольного на бешеное, и он решительно сокращает расстояние между нами.

Данил одним рывком выдергивает лейку из рук, лишая меня равновесия.

С замирающим в груди сердцем лечу вниз, успев лишь ухватиться за ворот чужой футболки. Скользкий пол, закон всемирного тяготения, и мы с оглушающим грохотом оба оказываемся на дне ванны. И каким-то образом я приземляюсь точно на Данила.

От удара мои ребра словно сжимаются, перехватывая дыхание. Совершаю несколько отчаянных попыток подняться, но в узком пространстве ванны и в хаотичном переплетении наших рук-ног я лишь барахтаюсь, развалившись на мужском теле.

А еще это дурацкая вода, бьющая прямо мне в лицо из перевернутой душевой лейки.

– Прошу… не двигайся, – сипло стонет над ухом Данил. – Еще одно движение – и я стану импотентом по твоей вине.

– А мне нравится эта идея, – злобно пыхчу и не прекращаю попытки выбраться отсюда.

– Боже… – Вместо баса слышу самый настоящий фальцет.

Совершенно не стесняясь, Данил пристраивает свои ладони мне на талию.

– Отвали, – снова начинаю отбрыкиваться от его рук.