Его М.Альвина (СИ)

«…в постели у сына самого Олега Вершинина…» – это она о Даниле? Или я невероятно туплю?

– В смысле? – хриплю и отставляю на стол недопитое шампанское.

– Там же Вершинин? – Марина указывает взглядом в толпу веселящихся посреди банкетного зала. А после моего кивка сестра удивленно вскидывает четко прорисованные брови. – И ты не в курсе кто его отец?

Никак не реагирую на вопрос, потому что меня заботит больше не то, кто отец Данила, а какого черта Марина об этом вообще осведомлена.

– Допустим, я не интересовалась, – сухо отвечаю ей.

И она, видимо, не особо верит в мои слова, потому что весьма ехидно хмыкает, поправляя шпильку в тяжелых темных локонах.

– А, то есть ты знаешь кто хозяин бизнес-центра «Вершина»?

Сглатываю давящее чувство в горле, потому что прекрасно знаю о чем идет речь. Самый высокий и жутко скандальный небоскреб в двадцать пять этажей, огромной стеклянной горой возвышающийся прямо в центре города. И ведь все-таки по какой-то тупой иронии я каждый божий день шагаю мимо него по два раза в день минимум: в консерваторию и обратно.

В свое время история со строительством этого бизнес-центра облетела почти все федеральные каналы.

Вершинин. «Вершина». Боже. Это же ведь так очевидно, но так тупо. Даже догадываясь, что Данил не из простой семьи, я бы никогда все это не сопоставила. Считывая с моего лица весь ассортимент эмоций, связанных с замешательством, Марина сама ошарашенно распахивает глаза:

– Аль, а ты дальше своих нот хоть что-то видишь? И как вы вообще познакомились тогда?

Четко понимаю, что не хочу и не готова прямо сейчас вдаваться во все подробности истории встречи с Данилом.

Я не рассказала о переезде из общаги ни Марине, ни тем более матери. Поэтому сдержанно озвучиваю только один процент правды:

– Подруга познакомила.

– Скажи ей спасибо. Мальчик-то богатенький. Хотя я даже не знаю, повезло ли тебе с этим или нет… – Глаза сестры многозначительно сужаются.

Молча поджимаю губы, а мой взгляд рвется в толпу дуркующих посреди банкетного зала и ищет широкие плечи, обтянутые идеально белой рубашкой.

Богатенький мальчик, который почти весь месяц уминал один «Доширак», все еще самозабвенно кидает эти гребаные дротики.

Я бессознательно тянусь ладонью к ноте на цепочке и глажу ребристый камушек на подвеске.

– Угу. Богатенький, – задумчиво тяну я, потому что сестра явно в неведении о нынешней жизни Данила, как и я ничего не знаю о его прошлом.