Ты кровишь, — очередной рык и обвинительный жест, — собирайся, говорю, ты оглохла, что ли?
— Булат Тахирович
— Млять, Поля! Мы только что трахались, какой на хрен Тахирович?!
Так ужасно девушка себя еще не чувствовала. Ей было до слез неловко. Между ног саднило, и противно тянул низ живота. И он на нее кончил Как пометил. Это вообще нормально?
— Булат Все в норме, я же тоже врач, хоть и будущий. Кровотечение в пределах нормы, уже практически прекратилось, — девушка смущенно зыркнула на Булата, — это естественный процесс при разрыве мягких тканей, — совсем шепотом.
"
"— Черт! Черт! Черт! Мягких тканей?! Как же я вляпался в это, а?! Ну что мне с тобой делать? Ты почему сразу не призналась, что девочка?
Полина вспыхнула, но тем не менее ответила полным достоинства голосом:
— А что бы это изменило?
Казалось, Булат даже задохнулся от возмущения.
— Что бы изменило?! Да я бы просто послал тебя и не оказался в этом дерьме! Ну, или на худой конец подготовил бы тебя нормально, растянул, если бы выжил из ума настолько, чтобы спать с целкой!
Они яростно уставились друг на друга.
— Это все, что вас смутило? Моя девственность? — Поля щелкнула пальцами, — все, ее нет! Теперь я могу вернуться в свою комнату?
Булат смерил закутавшуюся в простыню девушку пристальным взглядом. Слов нет! Несколько раз глубоко вдохнул, возвращая себе спокойствие. И практически спокойно:
— Все равно сходи завтра к врачу. Нужно убедиться, что все в порядке.
Полина приготовилась спорить, но Булат пресек все на корню:
— Это не обсуждается! — рявкнул он.
— И таблетки заодно выпиши Противозачаточные. Терпеть не могу резинки.
Глава 3
Она так и сделала на следующий день. Сразу после пар посетила студенческую поликлинику, взяла рецепт на противозачаточные и прошла осмотр гинеколога, который подтвердил, что ничего страшного не произошло, хотя поверхность раны в месте разрыва плевы и была несколько больше среднестатистической. Ну, так и он мальчик не маленький. Точнее — большой. Очень-очень большой. Спасибо, что смазкой озаботился, иначе все, и правда, могло печально кончиться.
Вернувшись домой, Полина разогрела вчерашнее жаркое, к которому так никто и не притронулся, поела, справедливо рассудив, что ничего горячего готовить нет необходимости, и засела за конспекты.
Около восьми вернулся Булат, на его вопросительно вздёрнутую бровь, Полина покладисто отчиталась:
— У врача была, ничего критичного. Рана в месте разрыва немного больше обычного — вот и вся беда. Заживет за неделю.
