Полине полагалась однокомнатная квартира на замену. И даже были варианты, которые необходимо было как можно скорее посмотреть. Девушка не верила в такую удачу! Жизнь не часто радовала Полю чем-то хорошим. А тут — нормальная квартира!
Все три варианта Поле показали в этот же день. Видимо, застройщик, и правда, торопился снести их старые хоромы. Небольшая однушка в центре Полине не понравилась сразу — захламленная и темная, со старыми, еще деревянными окнами хрущевка привет СССР. Вторая не подошла своим местонахождением.
Добираться до университета было совершенно неудобно. А третья Она влюбилась в нее сразу. Новый дом в спальном районе. Веселый дизайн фасада. До центра далеко, зато станция метро в пятнадцати минутах ходьбы. Правда, она была поменьше первой, зато абсолютно новой, со свежим, пусть и не дорогим ремонтом. В общем, документы на право собственности подписали в рекордные сроки, даже учитывая то, что наученная горьким опытом Полина дважды консультировалась у двух разных юристов на предмет законности сделки.
В четверг вечером Полина уже была обладательницей небольшой, 30-метровой однушки в новостройке.
А в пятницу утром Поля проснулась от приступа удушающего кашля. Болеть вообще противно, болеть в сорокоградусную жару противнее вдвойне. Поля выпила противовирусное и жаропонижающее, однако улучшения не наступало. А уже в субботу ей стало настолько плохо, что пришлось вызвать скорую.
Булат обратил внимание на карету скорой помощи возле дома, но никак не мог подумать, что врачебная бригада находится у него в квартире.
Тем неожиданнее была встречающая его картина.
— Что происходит? — требовательно.
— Забираем, папаша, вашу девочку. Что ж вы бросили ребенка в таком состоянии?
— Какого ребенка? — рявкает Булат, — восемнадцать лет девахе!
Врач выразительно поднимает бровь:
— Девятнадцать, собственно. Прям, аккурат сегодня и исполнилось.
И видя неподдельное удивление Булата, замечает:
— Не папаша, значит? — хмыкает, — тогда на каком основании интересуетесь здоровьем пациентки?
Из спальни доносится лающий кашель.
Вредная врачиха поворачивается на звук.
— Вы мне, наконец, объясните, что здесь происходит? — шипит Булат.
— Острый бронхит в запущенной форме. Больную госпитализируем, так как за ней некому было ухаживать.
— Теперь есть кому, — отрезает Булат.
— В любом случае необходимо сделать рентген, чтобы исключить воспаление лёгких.
Мужчина коротко кивает и проходит, наконец, к Полине.
— Привет.
— Привет, — хрипит.
