Эпилог 2
Три с половиной года спустя
— Я все еще не понимаю, зачем мне туда идти! Просто заберу диплом позже
— Полинка, ну чего ты вредничать? Это твой день, ты к нему шла шесть лет, так почему бы тебе не пойти?
Сопит сердито, но все-таки достает приготовленное на вручение диплома платье.
— Но на банкет не пойду! Даже не проси. Что я там забыла? Напиться с этими идиотами? Ну, правда, Булат, мы бы уже третий день в Италии были. Ну, скажи, какой дурак придумал вручать дипломы в понедельник? — возмущается жена.
— Не бурчи, маленькая. Считай это моим старческим закидоном.
— Старческим? — ухмыляется скептически, проводя по твердокаменным мышцам преса. — Серьезно?
Целует мужа все так же жадно, как будто и не было этих пяти лет. Скользит рукой вниз, взвешивает на ладони тяжелые яички.
— Ну вот, я же тебе говорил — опять целуются! — кричит вбежавший в спальню Тимур.
— Фууу! — поддерживает брата Руслан, — вам не надоело? — с надеждой в глазах.
Булат и Полина смеются. Нет Им не надоело, да и не надоест никогда.
— Ну что, выполнили задание? — интересуется Булат.
— Конечно, папочка, — одновременно.
— И пообедали?
— Угу.
— И тарелки в посудомойку сложили?
— Угу, — и две мордашки выжидающе смотрят на отца.
— Ладно, тогда у нас есть около часа на тренировку, пока мама наряжается. А потом нам обязательно нужно будет поехать и посмотреть, как мамочке будут вручать диплом.
— А зачем мамочке наряжаться? Она и так самая красивая, — непосредственно замечает Руслан.
— А что такое диплом? — одновременно интересуется Тимур.
Отвечая по очереди на вопросы сыновей, Булат выводит их из комнаты, а Полина нехотя принимается за макияж.
— Диплом вручается Белой Полине Сергеевне.
Поля в шикарном струящемся платье солнечного лимонного цвета поднимается на сцену. В густых пшеничных волосах, спадающих на спину гладким шелком, путаются солнечные зайчики, и она какая-то совершенно нереальная в этом мягком свете. Его жена Мать его детей Его маленькая девочка.
Поля деловито пожимает руку ректору, подмигивает Булату и весело сбегает по ступенькам.
— Полина!
Поля непроизвольно оборачивается на зов. Карасев! Только его не хватало для полного счастья.
— Привет, — дурацкое приветствие. Они уже виделись.
Поля вопросительно выгибает бровь (жест, невольно перенятый у Булата).
— Чего тебе, Карасев?
— Эээ. Это тебе сын цветы дарил? Хороший парнишка Как его, бишь…? — громкое икание прерывает пламенную речь одногруппника.
