Его маленький чертёнок

Наша повар Нина изумительно его готовит, без единого комочка, прям как ба. А вот сегодня кусок в горло не лезет.

– Из-за Наташки, да?

– Из-за Демьяшки, – отбила на автомате.

– Кого-о-о?

– Не бери в голову, – отмахнулась я, – прорвемся.

Правда, как и куда, плохо представляю, но без боя не сдамся и уволить меня не позволю. А уж тем более под венец не пойду! Если сильно-сильно прижмет, буду звонить своей “благодетельнице”, которая в свое время меня в этот отель и устроила.

Для начала же, попробую решить образовавшуюся “проблему” собственными силами.

Демьян

Долго в кабинете управляющего я не планировал задерживаться. Да, собственно, у меня и вопросов к нему не было. Пока. Кроме одного: как в моем отеле оказалась Анфиса Граф.

Когда я назвал фамилию, Смит сморщился и раз пять повторил за мной фамилию девчонки, в итоге заявив, что такой работницы у них в штате точно нет. Тогда пришлось ему освежить память, напоминая об инциденте в лобби отеля. Тут-то управляющего осенило:

– А, вы про ту горничную?

– Про нее самую.

– Секунду, – засуетился мистер Смит, подрываясь и вытаскивая из шкафа тоненькую папку. – Вот ее личное дело, – протянул документы мне управляющий. – Анфиса Олеговна Ветрова. Устроилась к нам год назад, по протекции вашей матушки.

Вот тут я, кажется, ослышался. Переспросил:

– Что, простите?

– Ваша матушка, – повторил терпеливо управляющий. – Она лично просила меня помочь девушке с оформлением документов и ее трудоустройством.

– Даже так? - почесал я подбородок, пребывая в некотором ступоре.

Интересно, какое отношение к Анфисе имеет моя мать? Не припомню, чтобы она была с ней знакома. А уж по поводу договорного брака между Сергеем и Анфисой матушка тогда предельно четко высказалась. Заявила, что это вздор. И что отец “своим дурацким решением только испортит девочке жизнь” – дословно.

– Демьян Романович, миссис Флоренция сказала, что вы в курсе дела. А у меня, как понимаете, не было оснований ей не доверять.

Я кивнул, пропуская эти слова оправданий управляющего мимо ушей.

То, что моя матушка – взбалмошная особа, по характеру мало отличающаяся от Доминики, знаем только мы с отцом. Ветреная даже, я бы сказал. Живет по принципу: я хочу – я буду. И чужое мнение ее волнует мало и редко.