Онлайн-библиотека книг
Хотя сходство лиц со всеми этими перекачанными губами, приподнятыми скулами и татуированными бровями даже не удивило.
— Марина Вячеславна? — удивилась Лиза и как-то растеряно посмотрела на Моржова, который вдруг положил Марине на спину руку и нагнулся к самому уху.
— Я не угрожаю, Марин, я всего лишь предупредил, — прошептал он.
— Я так рада… — осеклась на полуслове Лизавета, но всё же натянула на лицо улыбку и закончила фразу: — …вас видеть. — А потом словно очнулась. — Здорово, что у вас тоже оказались здесь дела.
— Прошу в машину, — засуетился Моржов, когда безукоризненный итальянец-водитель принялся открывать для них двери длинного лимузина.
— Мы же все поместимся? — обернулась Лиза к мужу.
— Да, — улыбнулся он сидящей у него на руках Дианке, а потом подмигнул Марине, — к сожалению.
Трудно сказать, долгой ли была дорога. Марина, занявшая место в уголке, всю дорогу усиленно старалась не слушать Лизу. Но это было трудно. Потому что её болтовня напрягала не барабанные перепонки, она разрывала в клочья душу.
— Она сказала «мама», представляешь? — в сотый, нет, в тысячный, в миллионный раз повторяла она мужу. — Мама! Представляешь? Потянулась ко мне и сказала «ма».
— Ма! — тут же повторила довольная Дианка на руках у Романа.
— Девочка моя, ну-ка повтори, — тут же засюсюкала с ней Лиза.
И ужаснее, невыносимее, тяжелее всего было не это натужное сюсюканье. А настоящие, живые слёзы, что стояли у Лизы в глазах.
Это полосовало Марину на ленты, когда посреди многословной бравады голос Елизаветы вдруг срывался, и она опускала пониже лицо, словно ей срочно понадобилось поправить Дианкины башмачки или подол своего платья.
Это испепеляло Марину до тла, когда Лиза всё же находила в себе силы как птица Феникс возродиться из пепла и снова принималась рассказывать какие-то глупости: про типичные для Апулии домики «трулли» с крышей в виде конуса, полностью построенного из камня, про Негроамаро — лозу греческого происхождения, из которой получалось тёмно-красное вино с горьковатым привкусом.
