Его моя малышка

И как бы ни хотелось поделиться, что его жена неожиданно дала согласие на развод, Роман боялся давать Марине невыполнимые обещания, а самого себя тешить напрасными надеждами. Уж если такой прожжёный адвокат как Туманов был удивлён, то Роману оставалось только скрестить пальцы и верить, что, когда бумаги будут готовы, Лиза их подпишет.

— Что-то произошло на яхте, что тебя так расстроило? — вдохнул он запах её волос. И хоть по телу невольно пробежала дрожь, воспользоваться слабостью женщины, что сейчас была так уязвима, он не мог.

— Ничего особенного, кроме того, что ты наверно и сам знаешь. Твоя тёща мерзкое существо, которое даже и человеком нельзя назвать.

Он кивнул и тяжело вздохнул. А её передёрнуло, словно от холода. Но в самолёте из-за включённой вентиляции действительно похолодало. И Роман даже с некоторым мазохистским удовольствием накрыл Марину, толщей пледа стараясь отгородить от себя.

Только она не хотела отгораживаться. А он готов был на что угодно, чтобы вытащить её из одиночества и отчаяния, в котором она сейчас была. Поцеловать — да, раздеться — запросто, объявить громко вслух о разводе всей этой своре Мурзиных — легко. Не дрогнет он и собственноручно голову открутить тёще, если понадобится.

Он был готов на что угодно, чтобы быть с Мариной. Иметь полное право стоять рядом. Назвать своей и никогда больше не отпускать.

— Ты же знаешь, что, если сейчас расстегнёшь эту рубашку, назад пути уже не будет? — прошептал он её нетерпеливым рукам. — Я уже не смогу остановиться.

— Не останавливайся. Пожалуйста, — стянула она через голову блузку. И шум дождя за окнами заглушил его рык, с которым он избавлялся от остального.

Его трясло от её близости. Он взмок от одного желания быть с ней. И даже не боялся, что будет слишком быстрым. Слишком между ними было всё.

Он её слишком любил. Слишком остро чувствовал. Слишком сходил по ней с ума. Слишком, чтобы едва ощутив, как дёрнулось под ним её тело, как выгнулось, задрожало тетивой, поймать его ритм и уже не останавливаться, пока сам не поплыл в зыбком мареве. Пока в этом маленьком горячем сражении её не победил. Пока не пал в этом сладком бою окончательно и бесповоротно у неё ног, а если быть точнее, то где-то между.