Реакция Игоря меня поразила… В его глазах не было никакого привычного мне льда. Он смотрел на него…с нежностью? Но очень тепло и дружелюбно. Сейчас от него не исходило никакого ощущения опасности, я даже отсюда чувствовала. Шло ощущение мужской силы, спокойствия, уверенности в себе, но абсолютно точно не разрушительной, а наоборот, светлой.
Он приблизился и присел напротив ребёнка на корточки в своём костюме с иголочки. Какое-то время он молча смотрел в лицо Богдана такими же, как у мальчика, карими глазами.
В них появилось ещё более тёплое выражение, как будто бы он встретил своего ребёнка после длительной разлуки.
Не знаю, что со мной случилось, но я почувствовала Игоря. Меня захлестнули его эмоции, наполнили до краёв. Я поняла, что он испытывал. Радость, смешанную с болью разбередившихся давнишних ран. Он понимал, что это не его погибший ребёнок. Но это его сын. Он очень-очень похож на папу. Как он прошёл это? Не знаю, что бы было со мной, если бы я потеряла своего сына, а потом снова обрела… Пусть и так странно…
— Привет, Богдан.
— Здравствуйте.
— Меня Игорь зовут. Ты тоже можешь так меня звать.
— Ладно, — мальчик всё же растерялся.
Мужчина казался ему слишком большим, со слишком грубым голосом, он вцепился в мою руку, я сжала в ответ его детские пальцы. Игорь это заметил, и оглядел и меня. Он тоже видит, как ребёнок тянется за защитой ко мне, и не может это игнорировать.
— Богдан, это и есть твой папа, — решила я сказать об этом сама, как советовала психолог.
Мальчик ещё более внимательно посмотрел в лицо сидящего напротив Тихомирова. А потом спросил:
— Почему ты не приезжал к нам с мамой? Ты нас не любишь?
Игорь никак не показал, что вопрос ребёнка ему неприятен. Лишь мягко улыбнулся:
— Конечно, люблю. Я не мог. Но вот теперь мы будем вместе. Я буду исправляться. Поможешь мне?
— Как? — удивлённо задал очередной вопрос ребёнок."
"— Ты поможешь мне, если позволишь стать тебе другом.
— Другом?
— Да.
— А разве такие друзья бывают?
— Какие?
— Большие…
— Бывают.
Попробуем дружить с тобой?
— И ты будешь со мной играть?
— Буду. Когда не на работе. Папа приехал, но он продолжает работать, только уже не там, где живут белые мишки.
Игорь в курсе о легенде. Что ж, так даже проще. Врать — так всем вместе. Богдан вырастет и поймёт нашу ложь во благо. Тихомиров непринужденно и легко вел беседу с ребёнком, умудрился увлечь разговором так, что сын расслабился в его компании, страха у него не было.
