Интересно, если я скажу так Яну, как долго он будет надо мной смеяться?
— Никуша, проводишь? — мама заглядывает ко мне в комнату, когда за окном начинает смеркаться.
А я ведь даже не заметила. Только-только солнце светило.
— Конечно, — откладываю ноутбук в сторону и поднимаюсь с кровати.
Мы спускаемся по лестнице под тихие мамины переживания.
— Не забывай кушать. Хорошо высыпаться, и самое главное — не истязай себя учебой. Ты умница, — кладет ладонь мне на плечо, — но отдыхать тоже нужно. Договорились?
— Договорились.
"
"Касаюсь губами маминой щеки, снова замечая в ее глазах слезы. Она отворачивается, обмахиваясь ладошкой, и начинает болтать еще активнее.
Так происходит далеко не первый раз. Мы никак не можем поговорить по душам, но ее реакции просто разрывают мне сердце. Все же я, наверное, жалкая, раз в глубине души уже давно ее простила.
— Не скучай. Звони в любое время, хорошо?
— Хорошо, мам. А Вячеслав где?
— Он приедет на вокзал сразу из офиса.
— Удачи, — бросаю напоследок.
Мама кивает, делает шаг к двери, а потом я каким-то образом оказываюсь в ее крепких объятиях.
От мамы вкусно пахнет. У нее шикарные духи с невероятным шлейфом.
Наманикюренные руки сжимают мои ладошки, когда она немного отстраняется.
— Прости меня. За все.
— Мам…
— Просто знай, что я тебя люблю. Очень-очень люблю. Я совершила так много глупостей, причинила тебе так много боли…
Мама говорит сквозь слезы, которые исполосовали и мои щеки тоже. Тру глаза.
Дышу.
— Мне было так страшно признавать ошибки, Ника. Прости меня. Я обещаю, что всегда, теперь всегда буду к тебе прислушиваться. Я буду на твоей стороне, что бы ни произошло, слышишь? Только на твоей.
Я киваю. Часто-часто. Обнимаю свои плечи и шумно выдыхаю.
— Я тоже тебя люблю, — шмыгаю носом, стараясь не сорваться на громкий слезливый вой.
— Моя девочка.
Мама снова обнимает. Гладит по спине. Целует в лоб, щеки. Крепко сжимает мою руку и только потом выходит за дверь.
Я еще минуту стою не шевелясь, а когда прихожу в себя, чувствую колоссальное облегчение. Я давно хотела выдохнуть. Услышать от нее слова любви, не важно, как они будут сказаны.
В детстве мне ее сильно не хватало. Этой самой любви. Ни в отношении. Ни в разговорах.
— Какая умиляющая картина, — голос Яна врывается в мое сознание болючей иглой.
Он умеет все испортить. Ему даже делать для этого особо ничего не нужно. Простого появления будет достаточно.
