Онлайн-библиотека книг
Федор брал нахрапом, не давая возможности ни себе, ни ей прийти в себя. Он был повсюду. Тело к телу, дыхание к дыханию. Сразу же проник языком к ней в рот, углубляя поцелуй. Ната попыталась воспротивиться, уперлась руками ему в плечи, но что-то пошло не так."
"Она не могла сказать, где упустила момент. Может, мозги поплыли от жара? В прошлый раз ничего подобного не случалось. Поцелуй сразу же увлек её. Пробудил чувственность, о которой Ната не подозревала. Где-то вдали, на отголосках сознания всё сильнее дребезжал предупреждающий колокольчик, звенел неистово, изо всех сил, но его звучание не доносилось до Наты.
Поцелуй будоражил. Возбуждал. Действия мужчины тоже. Ната глухо застонала, выгибаясь в пояснице. Грудь девушки расплющилась о мужскую грудную клетку. И Нате захотелось ещё ближе.
Федор — другой.
Голодный.
Она с опозданием вспомнит, что мужчина три года молчал и, как вариант, не знал женщины. Три года добровольного затворничества не могли пройти даром.
Поцелуй становился более требовательным, прикосновения — откровенными. Федор оторвался от её губ и снова выдохнул:
— Моя.
Ната попыталась сфокусировать на нем взгляд, но выходило плохо. Мужчина склонил голову и впился губами в нежную кожу шеи. Щетина царапнула её, легкая боль, которую и болью можно было назвать с натяжкой, доставила дискомфорт. И сразу же в этом месте поцелуй. И ниже.
К груди.
Когда горячий воздух парной коснулся обнаженной груди Наташи, у девушки что-то щелкнуло в голове. Она не снимала верх купальника! Тогда почему он валяется на полке? А чуть обветренные губы уже целуют её сосок…
Наташа задышала чаще, попыталась свести ноги.
Он был рядом. Очень близко.
Его рука сильнее сжала грудь, и возбуждение снова завихрилось по телу, устремляясь к лону и усиливая давление внизу живота. Почему так остро? Почему так… сладко?
Наташа выгнулась, откинула голову назад, закрыла глаза. Она ещё немного… ещё чуть-чуть…
Она сможет остановить его.
Сможет остановить себя.
Его пальцы поддели кромку трусиков и проникли внутрь.
