Ты можешь напугать ее своим появлением. Уходи, отец! – сердится Арн. – Я сам со всем разберусь!
Отец? Убийца моей матери здесь? Черт! Стоит ли мне его бояться? Как говорил Адамов… Захочет ли он закончить незавершенное?
Эта мысль меня беспокоила, но обдумать ее как следует возможности не было. Тошнота вновь подступила к горлу. Замотавшись в одеяло, я быстро покинула кровать и понеслась в уборную.
Мне было плевать, кто на меня смотрит и кто видит. С каждым днем мое утро превращалось в Ад все больше и больше! В такие моменты я думала лишь о том, как успеть добежать до уборной.
А дальше начинается сплошной ужас! Меня рвет несколько секунд в унитаз, затем рядом появляется Арн, помогает мне, придерживает мои волосы. Я чувствую, как дрожат его руки, слышу грохот его сердца и тяжелое дыхание.
– Ава, что случилось? – взволнованно.
Я отстраняюсь от унитаза, опускаюсь обессилено на пол и, опершись спиной о стену, бросаю на него измученный взгляд:
– Все нормально. Это просто токсикоз… Я хотела тебе вчера сказать, но не успела…
– Токсикоз?! – удивляется он, а меня одолевает еще один рвотный позыв.
Я быстро склоняюсь над унитазом, одновременно слышу за спиной хриплый голос:
– Токсикоз бывает во время беременности, – говорит отец Арна, застывая в проеме двери. – У твоей мамы было такое…
– Отец, уйди! – сердится Арн, совсем не удивляясь предположению своего отца.
Он знал?
– Я… – запинается Доминантов-старший, но не спешит уходить. – У меня будет внук? – дрожащим, радостным голосом.
– Уйди, я сказал! – сердито настаивает Арн, пока я еще висну над унитазом.
Он так старался уберечь меня от встречи с убийцей моей мамы… Но голос, которым Доминантов-старший говорил о будущем внуке, затронул что-то в моем сердце. Мне так стало его жаль…
Арн любит своего отца – это понятно. Но ради меня будет отказываться от него и жить, словно между двух огней. Как быть дальше?
С другой стороны, я два месяца хотела посмотреть убийце в глаза, выпустить свою обиду, злость за испорченную жизнь! Даже не знаю, что делать: настоять на том, чтобы Арн его выгнал, или все же, наконец-то, встретиться с человеком, который искалечил всю мою жизнь? Ради своего любимого человека.
– Мне помочь тебе выйти? – рычит Арн, теряя терпение. Таким злым я его еще не видела.
Я вновь отклоняюсь в сторону, устало опираюсь о стену, и Арн протягивает мне полотенце.
– Нужно в больницу, – говорит он, заключая меня в свои объятия.
