Его невинная заложница

 — Он совсем не хороший парень, Катя. Он убийца, главарь их банды, слышишь? — он жмет мои руки так сильно, что я не удерживаюсь и вскрикиваю.

— Что такое? — Ровный оказывается рядом за секунды.

Оттаскивает меня от Яны и зло смотрит в ее сторону.

— Ты что себе позволяешь?

— Ровный, спокойно, она моя сестра, — я пытаюсь оттащить его в сторону, но он не шевелиться и удерживает меня за руку.

После поворачивается ко мне, берет мои руки в свои и подозрительно долго их осматривает. Проводит большими пальцами по моей нежной коже, и я теряюсь, совершенно не понимая, что происходит.

— Можно, я договорю с ней?

Он лишь кивает и с каким-то титаническим трудом выпускает мои руки из своих. Я подхожу к сестре снова. Она сидит как-то подозрительно спокойно. Смотрит на меня и вздыхает, но говорить не спешит."

"— Яна, я знаю, что Арман не хороший парень, — улыбаюсь, чтобы подбодрить сестру. — Но он другой со мной, слышишь? — я беру ее холодные руки в свои и чуть растираю, чтобы согреть. — Он…

Несколько секунд я пытаюсь дать определение тому, какой он.

Сказать, что он нежный не могу. Да, в его поступках сквозит нежность, ласка, понимание, но он ведь не ручной зверек. Не котенок, которого можно приучить к руками, приучить отзываться на ласку.

— Он хороший, да, Катя? Внимательный, обходительный и даже нежный с тобой, делает ради тебя то, что никогда бы не сделал ради другой, защищает от других и вообще… — она останавливается. — Тебе даже кажется, что то, что происходит между вами было у него только с тобой, да?

— Яна…

— Отвечай, Катя, — она смотрит на меня с лихорадочным блеском в глазах.

— Зачем ты так?

— Как, Катя? Он зверь! Он как и его брат. Знаешь, откуда я знаю все это?

Она ухватывает меня за плечи и чуть встряхивает, а я опасаюсь, что Ровный снова вмешается, но он, или не замечает, или решает не трогать нас.

— Я была с его братом, Катя. И я чувствовала себя другой, особенной, нужной и важной. Я даже влюбилась в него, Катя. Он же такой… — на мгновения мне кажется, что сестра переносится в другую вселенную.

 — Ты бы видела его, Катя. Он такой же, как и твой Арман. У них почти одинаковые движения, мимика лица, да и поведение!

— Ну и что?

Я не понимаю, о чем сестра хочет мне сказать, зачем рассказывает все это и к чему клонит. Не понимаю ее.

— И что? — вскрикивает она, а затем снова повышает голос. — То, что он был другим со мной! Идеальным. Почти идеальным. Он убить готов был за меня. Раньше, Катя, раньше.