Его невинная заложница

Только глухой грубый бас, который иногда накатывает угрожающими интонациями. Но меня отвлекает от них женщина, которая приходит через минуту и садится рядом. Она молча обрабатывает мои раны и накладывает новый слой мази.

— Она с обезболивающим, — говорит незнакомка под конец процедуры. — Брошу в холодильник, там будешь хранить. Можно три раза в день использовать, особенно перед сном не жалей.

— Хорошо.

— С водой аккуратнее. Я бы на твоем месте пару дней побереглась.

Я снова киваю, хотя плохо себе это представляю.

Мне работать завтра, а в тех же перчатках руки потеют, так что сухими мои ладони точно не останутся. Но что мне с ней спорить, на мой счет приказы отдает не она.

— Спасибо, — бросаю ей, когда женщина собирается уходить.

Когда остаюсь одна, не могу оторвать взгляда от двери. Откуда-то знаю, что Арман еще вернется, поэтому сижу неподвижно и жду его. По-прежнему держу руки перед собой, уперевшись локтями в бедра, и думаю о том, что даже намек на сон пропал. Наверное, адреналин. Он гуляет по венам и не дает расслабиться.

— … я так решил, — низкий голос Армана наплывает крепкой волной, когда дверь распахивается. — Всё, иди.

Он входит и сразу же направляется ко мне. Я слышу, как шаги становятся ближе и ближе, еще чуть и ему останется только протянуть руку ко мне.

— Сама придумала? Или подсказал кто?

Я непроизвольно поднимаю глаза на суровое лицо и смотрю с изумлением. Я не понимаю его вопросов, а в темных глазах Армана нет подсказок.

— Устала ноги раздвигать? — он усмехается. — Решила, если не бью, то на твои всхлипы мне будет не плевать?

— Арман, я не понимаю…

Он резко выбрасывает ладонь и хватает мое запястье, выкручивая его.

Он не задевает раны, но меня передергивает от грубости и от того, что ему стоит надавить на сантиметр дальше и я взвою от резкой боли.

— Не делай из меня идиота, сука! С моим братом получилось, со мной ни хера! Буду драть, как захочу! И чтобы ни звука!

— Хорошо, — я смотрю на его сильные пальцы и всё жду, что он все-таки коснется моих ран со злости.

 — Я же ничего не просила, не перечила тебе…

Я мотаю головой, не зная, как еще его убедить.

— Зачем тогда руки поранила?

— Что?

Он дергает запястье сильнее и поднимает мою руку, словно показывает “вот что!” И до меня вспышкой доходит, почему он так зол."

"— Нет, Арман, нет! Я случайно! Я не знала, что нужны перчатки, я сегодня первый день помогала с уборкой, а там эти средства едкие, — я судорожно сглатываю, чтобы удержать слезы. — Я не обманываю тебя.