Его невинная заложница

Она же убьет тебя так же. Втерется в доверие и воткнет нож в спину.

Я хочу закрыть уши руками и ничего не слышать. Не могу слушать то, что он говорит и смотреть на то, как парни собрались вокруг и что-то поддакивают. Они или склонят Армана к тому, чтобы отдать меня, или… что будет в этом случае я даже думать не хочу."

"— Я не понял, — злой рык эхом раздается в комнате. — Ты мой авторитет под сомнение ставишь?

От ледяного баса Армана я дергаюсь, мурашки пробегают по коже, а ногти больно впиваются в ладонь.

Дикий всего на мгновение пасует и слегка отходит назад. Этим незамедлительно пользуется Арман, ухватывая его за горло и припечатывая к стене. Я едва не дергаюсь, чтобы закрыть рот рукой, но сдерживаюсь, крепко сцепив зубы, чтобы не заскулить. Даже приблизительно не представляю, что может произойти, если парни вокруг вдруг решат вступиться за Дикого и пойти против Армана. Это ведь возможно?

— Ты забыл? — Арман ударяет его головой о стену. — Забыл, сука, как сюда попал? Так я тебе напомню…

Арман что-то говорит ему, поворачивает голову к парням и бросает что-то резкое и им.

— Ты мне здесь бунт не разводи и понятия не путай. На мое место встать кишка тонка, — Арман сжимает руку на горле Дикого крепче, а затем отпускает и смотрит ему в глаза. — За то, что ты оспариваешь мои действия тебя придушить мало, но пока ты мне нужен.

Дикий сдается первым, опуская взгляд вниз и преклоняя голову. Я с удивлением смотрю на то, как это же делают и другие парни. Они признали его авторитет?

— Всем все понятно? Или кто-то еще выступить хочет?

Грудь Армана часто вздымается, руки свисают по бокам, а взгляд наполненный такой яростью, что я хочу побыстрее скрыться.

Сейчас я почему-то не уверена в том, что он не навредит мне.

— Девка моя. И трахаю ее только я. Кому горит — всегда можно подрочить.

Это звучит грубо и ужасно, но я понимаю, что именно это всех сдерживает: признание авторитета. Каждый из парней признает решение Армана.

— Катя! — рычит, делая полуоборот ко мне.

 — В душ пошла!

Я поспешно встаю и срываюсь с места. За какие-то мгновения преодолеваю расстояние от кровати до душа и скрываюсь за дверью, ожидая Армана. Я не жду ничего хорошего, но не боюсь, знаю, что выйду отсюда целой и невредимой.

Он приходит через минуту, громко хлопает дверью и щелкает замком, а потом преодолевает разделяющее нас расстояние и больно целует в губы. Хватает за волосы и тянет куда-то к стене.

— Делай вид, что тебе больно, Катя.