Его нежеланная графиня

Быть может, вдвоем вам будет легче разговорить того лакея?

— Какого лакея? — встрепенулся граф Арельс. Так вышло, что спешившись с коня, он сразу направился к жене. Поэтому последние новости прошли мимо него.

Лайон не стал держать его в неведении и заговорил первым, на долю секунды опередив сестру.

— Того самого лакея, что пытался убить вашу супругу. — язвительно произнес он. — И я просто удивлен, как вы умудрились нанять столько…

— Лайон! — выдохнула Алесия.

Теперь уже молодой человек поджал губы и отвел глаза.

Она выдохнула.

— Пожалуйста, вы же оба благородные люди…

«Благородные люди» сверкнули друг на друга глазами. Лайон не слишком любил Нортмана, за отношение к жене. У Нортмана тоже были причины недолюбливать парня. И возможная причастность к покушению на Актае была лишь одной из них.

Единственное, что немного усмиряло пыл — желание найти подход к графине. А она едва ли оценит, если он сейчас вышвырнет ее брата из замка. Хотя и было за что…

Алесия, тем временем, перевела взгляд с мужа на Лайона и обратно. Напряжение между ними казалось почти осязаемым. Требовалось срочно разрядить обстановку. Как? Она на секунду задумалась.

Может, дать мужчинам шанс проявить единодушие?

— Я тоже буду присутствовать на допросе. — объявила она.

— Нет! — два голоса прозвучали почти в унисон, после чего Нортман и Лайон снова смерили друг друга тяжелыми взглядами.

Первым заговорил Нортман.

— Графиня, при всем уважении, допрос может оказаться довольно грязным… Это не для женских глаз.

Лайон кивнул.

— Тут я согласен с графом Арельсом. Твое присутствие там вовсе ни к чему.

Алес мысленно хмыкнула. Что и требовалось доказать. Мужчинам только дай повод объединиться против женской инициативы. Однако кое-что ее все-таки насторожило.

Ладно лакей, но конюх то вообще мог оказаться не при делах. Неужели знакомый Арктура пострадает только из-за того, что она решила перестраховаться?

— Подождите, вы же не собираетесь никого пытать? — уточнила она на всякий случай. Ответом ей была неловкая пауза. Внутри шевельнулось какое-то противное чувство. — Лайон, ты же говорил, что применять пытки могут только представители власти?

— Говорил.