Его нежеланная графиня

— Разве между нами есть недомолвки и обиды? — прищурилась женщина.

— В прошлом году я не пошел навстречу в очень важном для вас вопросе. — задумчиво отозвался Ормс. — В свое оправдание могу сказать, что действовал я в ваших интересах. И, надеюсь, не ошибся.

Алес бросила на него быстрый взгляд.

— Вы подошли убедиться в своей правоте?

— В ней я убедился еще тогда, когда услышал, что вы решили добровольно последовать за своим мужем на Актай. Подобные поступки говорят гораздо больше громких слов. — он немного помолчал.

— И все же, я перед вами очень виноват. Моя непредусмотрительность могла стоить вам жизни.

— Боюсь, что не совсем вас понимаю…

Ормс тяжело вздохнул.

— Помните, вы как-то спросили, почему король выдал вас за Арельса?

Алесия замерла. Неужели она сейчас узнает всю правду? Ироничное замечание о награде за голубь-граф так и вертелось на языке. Пришлось прикусить его, чтобы не ляпнуть лишнего.

— Д-да.

— Так вот. Его величество тут ни при чем. Это я использовал свое влияние, чтобы устроить ваш брак.

Музыка и голоса людей как-то разом отошли на второй план. А веер вдруг стал таким тяжелым, что Алес едва не выпустила его из рук.

— Вы⁈ Но… зачем?

Между седых бровей залегла глубокая складка.

— Это прозвучит по-старчески сентиментально, но мне хотелось вас защитить. Моя жена любила вас, как собственную дочь, и было бы предательством ее памяти остаться в стороне, когда вам могла грозить опасность.

Женщина подняла брови, вспомнив все, что произошло за последний год. Так ее не сжить со свету пытались, а обеспечивали безопасность? Мило… Старый граф, заметив, как изменилось ее лицо, невесело усмехнулся.

— Вы недоумеваете? Что ж, позвольте я объясню все по порядку. Позапрошлой зимой в мои руки попали некие записки. Сразу скажу, я их прочел, хоть они и были адресованы не мне. Догадываетесь, о чем пойдет речь?

— Пока нет.

— Скоро поймете. Так вот, записки были самые заурядные, но мое внимание привлекло не их содержание, а внешний вид. На одних, чернила выглядели совсем старыми, на других — более свежими.

Однако если изучить их со всей тщательностью, то можно заметить, что кое-где строки были просто обведены. Очень искусно, не спорю. Но тот, кто совершил подлог, не предусмотрел, что у настоящего автора записок за несколько лет изменился стиль письма и начертание некоторых букв.

Алесия крепче сжала веер. Воздух в зале стал вдруг таким густым, что застучало в висках. Будь на месте Ормса другой человек, она бы сделала вид, что ничего не знает.