– Когда же это закончится?! – она качает головой, разглядывая тугую повязку на животе бандита. – Я устала переживать за тебя!
После этих слов Алаев быстро одергивает футболку. Такое разговоры ему явно не по вкусу.
– Ты знаешь, что никогда. Просто не думай об этом, – голос громилы сейчас кажется не таким, как всегда. Он более мягкий, что ли. Ризван не рычит, не огрызается. Спокойно разговаривает, и я до сих пор не могу в это поверить.
Я настолько увлечена этими мыслями, нереалистичностью происходящего, что даже не думаю, зачем я здесь.
После слов Ризвана, женщина с горечью вздыхает. Видно, что этот разговор они проходили уже ни раз.
– Разувайтесь, я поставлю чай, как раз собиралась пить, – приглашает хозяйка.
– У меня просьба к тебе. Присмотри за ней до завтра?! – снова кивает в мою сторону. Не удостаивает больше ничем, кроме короткого небрежного кивка.
Не знаю почему, но мне становится обидно. Почему к кому-то этот мужлан может относиться по-человечески, а ко мне нет?
Закусываю губу, чтобы скрыть свое разочарование.
Мне радоваться надо, что меня не закопали в лесу, не продали, не тронули пальцем в порыве гнева, а я расстраиваюсь тому, о чем совсем не стоит печалиться. Не с ним точно. Лучше думать о том, что меня там, на воле, ждет Миша, и я согласилась связать с ним свою судьбу.
– Конечно, я присмотрю, но…
– Давай, без вопросов. Ты знаешь, я этого не люблю.
– С тобой всегда было сложно, – улыбается женщина. – Но это не мешало тебе быть моим любимчиком.
Любимчиком? Неужто, злобного кровожадного бандита может кто-то любить?
– Если надумаешь сбежать, – Ризван обращается уже ко мне.
– Из-под земли достану, не сомневайся.
Я и не сомневаюсь. Этот врать не станет. Да и отец не зря так его боялся.
– Может, хоть чаю попьешь? – стоит на своем хозяйка квартиры. – Поболтаем хоть немного?
Женщина с надеждой смотрит на своего «любимчика», то же, как обычно, хмур и сдержан. Иногда кажется, что ему все чувства чужды.
– Нет. А ты лишнего не наболтай. Не стоит ей знать. Переночует, и заберу.
– Ладно, поезжай, – качает головой с сожалением.
– Чтобы тише воды была, – напоминает мне Алаев.
– Ризван! – восклицает женщина с укоризной. – Нельзя так с девушками. Пойдем, дорогая, чаем напою.
Мужчина уходит из квартиры не попрощавшись. А мы проходим в кухню.
– Я Тамара Львовна, – представляется, наконец, хозяйка квартиры. – А тебя как зовут.
– Меня Настя. Авдеева, – не знаю, зачем добавляю фамилию.
– Очень приятно, – добродушно улыбается Тамара Львовна.
