Его огонь горит для меня. Том 1 (СИ)

В детстве Ленка рассказала мне историю про то, как одна девочка много пила Фанту и стала оранжевой. Также сестра не уставала повторять, что чихнуть можно только сто раз, а потом обязательно умрёшь, так что, будучи ребёнком, я не пила цветные напитки и старалась не чихать, а доверчивой я осталась до сих пор, иначе как ещё я бы тут оказалась.

А вообще, у меня стресс. И когда у меня стресс, то я что? Ем! А где еда? На кухне. Туда мы с организмом и отправились — я делать пельмени, а он их есть."

"Повара встретили меня с недоумением, но выдали всё необходимое.

Ввиду отсутствия мясорубки (надо бы её изобрести), пельмени сегодня были рубленые, а в связи с присутствием большого количества лени и маленького количества терпения, ещё и крупные. Как ни странно, своей странной иномирной стряпнёй я заинтересовала почти всех, так что пельменей пришлось наделать много, чтобы хватило попробовать.

Получилось очень вкусно! Даже Маррон оценил и угостился. Шалю тоже выдали порцию, но я за его реакцией не следила, демонстративно отвернувшись.

Мой рецепт взяли на вооружение, а я клятвенно пообещала научить местных кулинаров всем известным мне блюдам: тонким блинчикам, голубцам, фаршированным перцам, салату оливье и звезде моего кулинарного таланта — шарлотке с кислыми яблоками.

Единственно непривычным был цвет муки. Бордовые пельмени смотрелись экстравагантно и, не побоюсь этого слова, артхаусно.

Кто бы знал, что придётся удивлять дворцовую публику, я бы чему-то ещё научилась. Но при наличии в доме трёх женщин вопрос отсутствия кулинарных изысков не стоял, стоял вопрос кто починит выключатель и поменяет смеситель.

Чаще всего ели вкусно, но с выключенным светом и капающей из крана водой.

За всей этой готовкой обед у меня в итоге получился скорее поздний, чем ранний. Поэтому вернувшись в комнату я засела за зелёный блокнот с песнями. Сейчас очередь дошла до типичных кабацких хитов, включая Лепса, Розембаума, Круга и всех прочих нежно любимых провинциальной публикой исполнителей. Я такое не любила, но пела, потому что я не звезда шоубиза, а ресторанная певичка, которая исполняет Шуфутинского не только третьего сентября, а почти каждое воскресенье.

Меня прервал деликатный стук в дверь.

— Алина, добрый день, я пришёл тебя проведать. — раскрасневшийся Синнай был весь в снегу и даже пах зимней прохладой. — Ну и погодка. Сначала снег, потом дождь, а сейчас ближе к вечеру мороз силу набирает, быть завтра гололёду, а значит переломам.

— Здравствуй, Син. Проходи.