Его рабыня

Не хотелось бы раньше времени обнадеживать его, обещая вернуть ему все украденные деньги. А что если Лёня не согласится? Или того хуже, уже растратил большую часть денег…

Я похолодела от одной только этой мысли.

- Ну, хорошо, - Литвин, так и не дождавшись ответа, усадил меня к себе на колени, - я не буду настаивать. Если не хочешь раскрывать свои мысли – не нужно. Но знай, я всегда готов тебя выслушать, и если тебе однажды понадобится помощь, ты можешь смело обращаться ко мне.

- Спасибо. – Посмотрела на него с благодарностью.

Мы сидели так какое-то время, любуясь красотой леса и слушая волшебное пение лесных птиц, пока наши невинные посиделки на камне в один миг не  обернулась в страстное, обоюдное желание, и все после одной только фразы:

- У тебя когда-нибудь было «это» в лесу? – вдруг спросил Александр, положив свою теплую ладонь на мое голое колено.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сердце затрепетало, как только его рука скользнула вверх по ноге, и в животе в одночасье запорхали бабочки.

Я смущенная молча мотнула головой.

- И у меня не было. – Вдруг признался он и, коснувшись  подбородка, повернул мое лицо в свою сторону. – Как ты думаешь, здесь есть кто-нибудь, кто мог бы нас видеть?

Я хотела было уже повернуть голову, чтобы оглянуться по сторонам, но он еще сильнее схватил меня за подбородок и страстно впился мне в губы. Другой своей рукой он поднял вверх подол моего платья, и его пальцы безжалостно принялись исследовать беззащитные складочки, плавно скользя и нежно поглаживая.

Вдруг он ввел в меня палец, глубоко вонзив его. Я вскрикнула от неожиданности и крепко вцепилась ему в руки.

Он издал легкий стон, а у меня приятно закружилась голова.

Слабые, прерывистые звуки слетали с моих губ, пока его пальцы умело двигались внутри меня, придавая невероятные сладостные ощущения внизу живота, и в то же время он покрывал мою обнаженную шею и плечи обжигающими, жадными поцелуями, чередуя их маленькими укусами.

Я тихо застонала, ощущая под попой сильную, мужскую возбужденную плоть.

Испытывая стыд и в то же время восторг, я завела руки назад, засунула их ему под шорты и медленным движением стала массировать затвердевший орган. После опустилась на землю, присела на колени и принялась медленно стягивать с него шорты, а после и трусы.

Александр  вздрогнул, не ожидая от меня таких решительных действий, но не стал убирать мои руки или как-то отстраняться.