Его Сиятельство Бессмертный

Я их успокоил, сказав, что главное — узнаваемость.

И что в итоге? За три дня мастер смог выточить клык так, что он в самом деле стал походить на извивающуюся змею. Основание трости — змеиный хвост. Её набалдашник — голова кобры, раскрывшая пасть.

То, что нужно.

Ей понравится.

Иван присоединился к процессу. Я не подстраивался под его скорость и не сдерживал себя, в итоге за одно и то же время сделал раз в шесть больше, чем он. Но всё же, благодаря Ивану, мы закончили чуть быстрее, чем я рассчитывал.

— Вадим, ядра, — скомандовал я.

Он молча кивнул и принялся выкладывать ядра на шкурах так, как я ему говорил раньше. Где не попадал — я сам поправлял. Граф Бессмертный смотрел на нас, точно заворожённый.

— Отлично, — резюмировал я, осмотрев творение.

Я стоял в центре вновь нарисованного Узора, в окружении нескольких сотен ядер.

Надеюсь, ей хватит.

Усмехнувшись, я создал на пальце длинный каменный шип и сделал дыру прямо по центру пола. В это дыру я и воткнул трость из клыка поверженного нами монстра.

Клык змеи в виде змеи. Вокруг — подношения из ядер змеиного корма.

Должно получиться.

Что это за странное чувство вдруг меня обуяло? Я волнуюсь? Эка невидаль!

И было бы с чего волноваться. Подумаешь…

Увижу соратника из давнего прошлого.

Моё мёртвое сердце сжалось от ностальгии. Решив не тянуть больше, я создал очередной каменный коготь на указательном пальце правой руки и обильно покрыл его «смертью».

Затем без размаха вонзил этот коготь в левую ладонь, выпуская в неё заранее подготовленный узор.

— Аркх!!! — зарычал я от боли.

— Костя! — удивлённо крикнул Иван, подавшись вперёд.

— Не подходи! — рявкнул я. — Я ж говорил, смотри издали. Не лезь — она тебя сожрёт.

Я тихо зарычал и положил раненую ладонь на набалдашник трости.

Боль стала ещё сильнее. Оно и не удивительно, я ведь сейчас сам резанул свою душу, выплетая из неё кусочек и отделяя его.

«Ты всегда была слишком своевольной», — мысленно проговорил я.

Притом что она сильнее других связана со мной.

"Хотя раньше она имела своё тело. Но, когда я отсылал своих соратников из Твердыни, она по-своему интерпретировала мои слова и осталась. Сама испустила дух, чтобы вернуться к тому, с кем связана Печатями.

Ко мне.

Электрический свет вокруг нас задрожал. Трость начала источать зеленоватый дым. Крысиные ядра вокруг нас исчезали с каждым мгновеньем, пока их совсем не осталось.

Дым же от трости начал сплетаться в фигуру.