Его Сиятельство Бессмертный

— Чем быстрее я войду в силу… хотя бы частично войду в свою силу, тем больше трофеев у тебя будет, Иван. Давай, не отставай.

— Мы не будем возвращаться? — удивился граф, быстро догнав меня и продолжая подсвечивать дорогу золотым огнём — чем дальше мы отходили от пролома в «стене Григория», тем меньше света становилось вокруг.

— Ну не зря же так долго свой доспех надевал, — ответил я. — Пусть прямо сейчас твоему особняку крысы не угрожают, мы уничтожили лишь небольшой отряд."

"— Ты прав, — твёрдо проговорил граф.

— А чтобы этого вообще не случилось, нам надо задавить самую жирную крысу, — поддержал его я.

— Но… — пробормотал Иван и замолчал.

— Говори, раз начал.

— Я хотел спросить, уверен ли ты, что нам хватит сил уничтожить матриарха с её-то бесчисленной охраной. Но понял, что это глупый вопрос.

— Молодец, Иван, — одобрительно произнёс я. — Схватываешь на лету. А теперь давай, расскажи мне уже кратко, сколько ты должен этому Корявому, как добыть деньги, и что будет, если не платить.

Граф сбился с шага, я продолжил уверенно идти вперёд, вглубь подземного тоннеля, прорытого монстрами. Мой опыт и частично знания из мозга говорят, что впереди канализация и коллекторы подземных рек. В этой системе и поселились дикие монстры.

— Я не могу не платить! — догнав меня, заявил Иван.

— Правильно, — кивнул я. — А то, что Корявый в твой дом шпиона забросил? — Я небрежно указал в сторону Игоря. — Твой долг не списывает?

— Это другое. Это самооборона. К тому же, нет больше шпиона, — ответил он, а затем неуверенно спросил, косясь на моего молчаливого слугу: — Верно ведь?

— Ответь ему, Игорь, кому и почему ты служишь.

— Я служу своему Хозяину, — тут же заявил мой слуга.

Благодаря вложенной в него недавно энергии я заполнил несколько заранее подготовленных узоров, и теперь у Игоря не было проблем с дикцией.

Умертвие чётко продолжило:

— В его власти моя душа и моё тело. И воля моя тоже. Мирское больше не держит меня.

— А было хоть чему держать-то? — с сочувствием поинтересовался граф.

— Нет. Сирота я. Только жажда наживы и стремление к плотским удовольствиям вели меня раньше.

Иван задумался. Игорь замолчал. Мы продолжали свой путь.