Его сладкая девочка (СИ)

У меня галлюцинации?

Орешкина пригласила друзей из леса?

Взял футболку, начал спускаться. Завернув в гостиную, почти лишился дара речи от открывшейся картины: Тимоха, высунув язык, с которого только что не капала слюна, втирал в ушибленную лодыжку Орешкиной гель, та морщила носик и кусала губки. Ирка раскладывала продукты из пакета в холодильник, а я офигел.

Что она тут вообще делает? Что они тут все делают? Ну, Тимоха понятно, привез продукты, а Ирка не входила в продуктовую корзину точно.

— Дашенька, а сколько тебе лет?

— А откуда ты приехала? Я забыла название города.

— Иваново. Роман Александрович встречал меня вчера на вокзале, а я побежала, а там скользко, и так неудачно упала под колеса одного мужичка. И вот подвернула ногу.

Вокзал? Я кого-то встречал? А мужик — это тоже, видимо, я. Как, оказывается, меня много.

— Ромочка! — даже вздрогнул от Иркиного всплеска эмоций.

Откинула батон, бежит ко мне, четвертый размер скачет мячиками, а я смотрю на Орешкину, которая так же удивленно смотрит на Иркины телячьи нежности.

— Доброе утро, милый. Мы не стали тебя будить, твоя племянница нам открыла. Я так волновалась, почему ты вчера не приехал?

— Да, ответь, Роман Александрович, почему ты вчера не приехал к прекрасной женщине? — Орешкина подала голос, а я так и представил, как поставлю ее раком, сниму трусики и отшлепаю, чтоб сесть не могла. Сучка маленькая!

Прожигаю Дашу взглядом, а она как ни в чем не бывало сидит на диване, закинув ноги на Тимоху, а у того на лице дебильная улыбка.

— Ромочка, почему ты не сказал, что встречаешь родственницу? Я бы составила тебе компанию.

— С тобой все хорошо? — Ира нахмурила брови, откинула за спину прядь длинных темных волос, потрогала мой лоб.

Я, видимо, реально выглядел идиотом, не хуже Тимохи, ну, с ним-то все понятно, но я не должен давать сбой.

— Нет, температуры нет. Все хорошо, милый?

— Да, Ир, все нормально. Ты как вообще сюда попала?

Убираю ее руки, аккуратно отодвигая девушку в сторону, прохожу на кухню, чувствую на себе пакостный Дашин взгляд, но та уже отвернулась и не смотрит на меня.

— Я звонила тебе все утро, волновалась, потом позвонила Тимофею, он сказал, что ты за городом, и он повезет тебе продукты, я напросилась, ты ведь не против, милый?

Да кто уже меня спрашивает в моем же доме? Разве кому-то важно мое мнение? Я против, но, конечно, не сказал этого.