— А если мне не понравится?
— Тогда мы не будем это делать.
— Означает ли это… — я замолчала, даже не желая произносить эти слова вслух.
Он схватил меня за подбородок, приподняв одну бровь. Я хмыкнула.
— Если мне это не понравится, ты пойдешь в клуб и найдешь других женщин, которых можно связать?
Взгляд Маттео потемнел.
— Нет, жена. Я не буду искать других женщин.
Несмотря на его строгий тон, это немного успокоило мое напряжение. Я закусила губу.
— Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что тебе нравится быть с кем-то покорным? Я не знаю, смогу ли я это сделать.
Не хочу быть тряпкой.
Звук, похожий на рычание, раздался в горле Маттео.
— Ты блять никогда не будешь тряпкой. Ты моя королева. Твое подчинение — это то, что ты даешь добровольно и уже дала мне. Как ты себя чувствуешь, когда я обучаю тебя в офисе? Когда контролирую тебя во время секса?
Мои щеки горели.
— Это приятно, хотя и довольно таки извращено.
Маттео кивнул, на его лице не было никаких признаков осуждения.
— Вот видишь, tesoro. Ты уже ясно дала мне понять, как ты к этому относишься.
Я жажду контроля. Ты жаждешь подчинения.
— Ой. Наверное, я думала, что подчинение — это что-то другое.
— Я могу подтолкнуть тебя к твоим пределам. Я доминирующий, командующий засранец. Но у тебя всегда есть сила. Если что-то не так и нам нужно сделать паузу, просто скажи мне или скажи «желтый». А если ты испугаешься, тебе станет больно или захочешь остановиться по какой-либо причине, скажи «красный».
Я провела пальцами по его челюсти и кивнула.
Он подвинулся так, чтобы оседлать мои бедра, не нагружая меня своим весом.
— Не знаю, как мне так повезло.
Его взгляд задержался на мне, и это заставило меня почувствовать себя сексуальной, а не застенчивой.
Он обхватил мои щеки, а затем медленно провел руками по моей ключице, по рукам, а затем снова заскользил вверх, прорисовывая узор вверх и вниз по моему туловищу. Я резко вздохнула, когда он обхватил мою грудь, но его прикосновения оставались удручающе легкими. Я попыталась выгнуться, прижимаясь ближе, и ухмылка, появившаяся на его губах, сказала мне, что он точно знает, что я делаю.
— Кто-то очень жаждет прикосновений?
Его губы коснулись моего уха, и по мне пробежала дрожь.
Его руки продолжили путь вниз по моему телу, сжимая мои ягодицы и бедра. Он схватил низ платья, поднимая его вверх по моим ногам, прежде чем полностью снять. Я резко вдохнула. Он почти ничего не сделал, а моя кожа уже горела.
Он поднял мою ногу и прижался губами к лодыжке.
