Его строптивая любовь (СИ)

Они радостно проводили медовый месяц и настолько не интересовались моей жизнью, что я не получила не то, что ни одного визита, а ни одного письма. И ведь не спишешь на медлительность почты или сожранных в полёте почтовых голубей — здесь работают классические магшкатулки, в одну положил письмо, из другой достал через долю секунды.

Можно было написать одну записку: «Как ты, моя хорошая? Я скучаю» и всё! Всё! Я бы её простила, залилась слезами и попросила Рагнара отвезти меня к маме на выходные, а он бы ни за что не отказал.

Теперь же одно мамимо присутствие выбивало из колеи. Любая фраза раздражала. Я искала двойные смыслы в каждом слове и не могла расслабиться ни на мгновение.

Я не могла её простить. Не находила внутренних сил. А потому провела в душе так много времени, чтобы на полноценную беседу с мамой времени не осталось — завтракали здесь в строго определённое время.

Вышла недовольной и злой, ещё и потому, что Огонёк бубнил, мол, я издеваюсь над ним и совсем не берегу, а потому ему срочно нужно окунуться в чашу с маслом или слопать пару десятков сочных стейков с кровью. Спорить при маме с ним не могла, пришлось попросить его подождать официальных извинений. Паршивец заявил, что извинения требует с процентами за просрочку и сейчас достанет бумажку с карандашом и начнёт высчитывать, сколько столетий мне потребуется, чтобы залечить его глубокие раны.

«Безжалостно нанесённые!» — добавил он с выражением в голосе. Сам же вовсю фантазировал о сосисках, мясе с кровью и целом поле пшеницы.

«Троглодит ты», — беззлобно пожурила его я, на мгновение дав волю эмоциям.

— Чего ухмыляешься? — спросила мама, уловив мою реакцию на выходку Огонька.

— Думала о своём, — ответила, направляясь в гардеробную.

— Я хотела с тобой поговорить до завтрака.

— Тебе не удалось, — бросила через плечо.

— Ты как говоришь с матерью?! — рявкнула она возмущённо.

Я обернулась. Посмотрела на неё серьёзно и грустно.

— Мам, ты не находишь, что мне есть, за что на тебя обижаться? — спросила тихо.

— Не нахожу! — заявила она, топнув ногой.

— Спускайся к завтраку, — ответила я ещё тише и зашла в святая святых и свою давнюю мечту — личную гардеробную.

— Алеся! — Я услышала, как мама направляется следом и недовольно выдохнула.