Его строптивая любовь (СИ)

Вы видите в них ненастоящую жизнь с отфотошопленными людьми и искусственными эмоциями. Но жизнь другая. Она полна интересных событий и рутинной работы, людей, которые с одними могут быть по–настоящему добрыми и заботливыми, а с другими — жестокими и беспощадными. Нет чёрного и белого, есть реальная действительность, и ты или принимаешь её во всём разнообразии или страдаешь от несовпадения с навязанной социальными сетями «идеальной» картинкой.

Я слишком долго вела блоги и так погрузилась в «нарисованный мир», что и здесь, в Эрмиде, в Као–сар–Ди, в Рошарш–та–ану порой теряла связь с реальностью.

Казалось, будто я снимаюсь в бесконечно–длинном и не всегда интересном сериале. Я даже окружающих людей воспринимала как персонажей, до конца ни к кому не привязываясь. Отстранилась на максимальное расстояние. Словно зритель «Игры престолов», где боишься прикипеть душой к герою, зная, что стоит это сделать, как он погибнет.

Вынырнула, облизнула солёные губы, подплыла к лунной дорожке, чтобы остановиться и закончить эту не раз возникающую мысль, которую я не желала развить и понять.

Почему у меня такая реакция? Она ведь повторялась не раз и не два, я регулярно ловлю себя на ощущении нереальности происходящего.

«Потому что ты не принимаешь ни один из миров, миры в ответ не принимают тебя», — шепнул ветер.

— Почему ты мне подсказываешь? — спросила у самой непредсказуемой и своенравной стихии.

«Ты мне нравишься. Присматриваюсь к тебе», — ответил он загадочно и улетел, зашумев кронами деревьев на берегу.

Я почувствовала невиданный ранее прилив энергии и поняла, что горы могу свернуть. Что это? Подарок ветра, моря или Као–сар–Ди?

— Так, ладушки, попробуем начать с принятия мира. В конце концов, это мир матери, он пропитан силой отца, я с ним уже говорила и мы нашли общий язык, по логике здесь это должно получиться проще всего, — произнесла, настраиваясь.

— Понять бы ещё, как это всё работает.

Прислушалась к ощущениям, попробовала обратиться к миру — ничего. А дальше руки сами начали проводить манипуляции, будто я делала так тысячу раз. Сформировала клубочек огненной тьмы на мокрой ладони, выдавила слезинку, вспомнив, что море считает слёзы даром, магией сделала надрез на коже и добавила в ладонь каплю крови. Подумала и обратилась к ускользнувшему недавно ветерку.