Его строптивая любовь (СИ)

Первые три стеллажа меня не особенно привлекли — там стояли учебники, справочники и задачники, но в последнем, четвёртом, я обнаружила несколько очень интересных экземпляров. Замирая от восторга, достала «Империю драконов» и «Цитадель чёрного дракона», гадая, художественные это книги или исторические.

Пальцы тряслись, когда я открывала книгу про империю, которой давно нет. Жёлтые и отчего–то немного влажные листы были исписаны незнакомыми рунами и, к сожалению, были мне не известны, даже специально наложенное заклинание не помогло.

Потому я полистала книгу, рассматривая простенькие картинки, и ничего не узнала. Разочарование оказалось неожиданно горьким, и я потянулась ко второй выбранной книге, понимая, что в ней меня ждёт тот же незнакомый язык и ничего не говорящие иллюстрации.

Однако я ошиблась. И как!

Цитадель умела говорить! Стоило мне коснуться пальцами хрустящих белоснежных листов, как перед мысленным взором развернулось целое немое кино!

Я видела мир, наполненный красивыми, величественными людьми.

Их лица были спокойными и безэмоциональными, а движения плавными и экономными. Они не кивали и не улыбались, и совсем не размыкали губ, словно общались мысленно.

Их города потрясали воображение: они словно состояли из камня и огня. И огонь был повсюду! Резвился в наполненных маслом чашах, искрил в фонарях, рыжими змеями скользил по каменным мостовым, испепеляя малейшую соринку. Но самым интересным применением огня была защита одного из увиденных мной городов. Гигантских размеров огненное кольцо выполняло роль городской стены! Именно в этом городе стояла Цитадель.

Та самая, что сейчас украшала столицу Эрмида Амиру.

— Невероятно, — прошептала я, на мгновение выныривая из исторических хроник в реальность.

— Что вы… Немедленно положите книгу! — велела леди Ирис. — Кто позволил вам копаться в личной библиотеке ректора Родсона?

— Вы, — ответила, забыв, что хорошо воспитанным девушкам полагается смущаться и краснеть. Только при такой реакции секретарь ректора отнеслась бы к происшествию с присущей её положению снисходительностью.

— Я?! — возмутилась дама.

— Приношу свои извинения, — спохватилась я с запозданием. — Вы были заняты и, должно быть, ответили машинально. Я бы ни за что не посмела прикоснуться к книгам без разрешения, честное слово! Извините, пожалуйста, — закончила я практически шёпотом, изо всех сил изображая раскаяние.

Меня удостоили недовольным взглядом, отобрали книги, вернули их на стеллаж и запечатали тот магией.