Его тайная дочь

Не в стельку, разумеется. Он прекрасно собой владеет. Но при этом... говорит явно больше, чем собирался.

- Мой отец едва не потерял единственного сына и даже не узнал об этом.

- Слава богу, что вас спасли, - шепчу я. - Уверена, для него это было самое главное.

В ответ Андрей хмыкает.

- А у тебя есть секрет от кого-нибудь? Настолько важный, что, если, вдруг этого человека не станет, ты потом всю жизнь жалеть будешь, что не рассказала?

Пульс начинает частить. Я поднимаю голову, и наши с Андреем глаза встречаются.

Он смотрит так... пристально, по-особенному. Пронзает мысль: может, он узнал про Таню? Узнал и провоцирует меня.

Издевается?

Проверяет?

Может, эта история про маленького мальчика — выдумка?

Андрей усмехается и головой качает.

- Извини. Я несу лишнее. В этот день мне всегда херово.

- Мне знакомо одиночество, - говорю я осторожно. - Очень важно, чтобы в такие дни кто-то был рядом. Кто-то важный. Где же ваша жена?

Андрей смотрит в окно. Произносит как-то тихо, обрывая тему:

- Она звонила утром.

Я молчу. Время растягивается и становится бесконечным. Мы едем и едем... Меня вновь затапливают воспоминания. Запах кожаного салона, навсегда ассоциирующийся с Дымовым, его туалетная вода, дорогой алкоголь...

Губы гореть начинают, внутри живота всё трепещет. Андрей поворачивается. Его рука тянется к моей. В следующую секунду Андрей сжимает мою ладонь и тянется.

Глава 17

В воздухе искрит напряжением, на моем теле выступают мурашки от прикосновения Андрея. Кажется, что в это мгновение  между нами стерлись все временные рамки и даже взаимные обиды остались позади, но ключевое - кажется, потому что Дымов вдруг отворачивается от меня, находясь в миллиметре от моих губ.

Резко выдыхает и жмурит глаза, трет пальцами переносицу.

- Я пьян, Юля. Не воспринимай на свой счет, - режет этими словами, как лезвием.

Он любил и любит жену, а я… как была её копией, так ей и останусь.

Сжимаюсь в клубок, придвигаясь к дверце. Физически больно находиться рядом с этим человеком. Какая же я наивная глупышка! Была и есть.

Нужно держаться от Дымова подальше, не позволять себе вновь очаровываться его голосом и глазами. Неужели я забыла о боли, которую пережила из-за него? У меня есть Танечка, а больше нам никто не нужен.

Поток мыслей прерывается, когда Андрей снова берет мою руку и подносит ее к губам, целует тыльную сторону ладони. Простой жест, но от него сердце в груди рвется на части.

- Не нужно…  - тихо прошу, дрожа всем телом.

Андрей смотрит на меня.