Его упрямая студентка (СИ)

Мы бы хотели уточнить…

— Ваше расписание остаётся прежним. Ещё вопросы?

Студенты притихли, решив сначала присмотреться к нему, чем кидаться в пасть льву.

— Тогда начнём первую лекцию, — он приблизился к кафедре для выступлений и включил экран. — Записывайте: сущность туристического продукта и особенности его формирования.

Все начали черкать в тетрадях. Похлопав по столешнице, я вспомнила, что моя ручка упала. Посмотрев на пол, обнаружила её в метре от себя.

— Блин! — тихо произнесла, стараясь достать ногой кусок пластика и чернил.

— Не, эта единственная, — бросила она. — Есть карандаш.

Да не сдался мне карандаш! У меня было много хороших ручек, но всё раздала любимым одногруппникам!

— Вань, — прошептала я, когда новоиспеченный преподаватель отвернулся, — где моя ручка, что я тебе одолжила?

С хитрой улыбкой он помахал ручкой с единорогом и ответил:

— Прекрасно! — выпалила я чуть громче.

Марат Ильясович настраивал проектор, не обращая внимания на нас. Так мне казалось.

Я окликнула ещё пару «друзей», но все высказали одно и то же.

— Самая главная задача, которую необходимо решить перед созданием любого продукта, — его голос звучал безжалостно властно и терзал моё спокойствие, — а нужен ли он потребителю.

Длинный ряд вызвал у меня приступ боли в висках. Пока я выберусь, добегу до ручки, затем вернусь на место — пройдёт целая вечность.

И мне осталось рискнуть, хотя я делала это уже тысячу раз, но сейчас это действительно опасно. Убедившись, что мужчина занят открытием презентации, я закинула ноги на лавочку и шустрым движением перекинулась через стол, будто ныряя в воду.

Ручка всё равно была далеко. Я протянула ладонь, выгнулась ещё. Сдунув упавшую прядь с ресниц, коснулась пальцами линолеума и начала их медленно двигать к цели. Аня положила руку на мою коленку и начала тянуть обратно.

Да я уже-уже… Она так рядом. Из последних сил я вытянула указательный палец и почти коснулась её.

Вспомню, как черная туфля Марата Ильясовича прижала ручку, как с оглушительным звуком треснул пластик.

Вспомню его крепкие руки, потянувшие меня наверх. Его карие, безумно злющие глаза, пробуждающие во мне волну стыда.

И когда я брошу три горьких слова, то пойму, что вся моя жизнь изначально была дикой. А потому и привела меня к нему.

Его взгляд блуждал по моему невинному лицу, словно он желал расщепить меня на атомы.

— Весьма лестно, что вы упали к моим ногам. Однако напомню, что сейчас идёт лекция.