Венди привычно втянула голову в плечи и опустила глаза. Чем виноватей у нее вид, тем быстрее минует гроза. — Но вынужден признать, что ты молодец. Отлично справилась.
Венделин невидяще заморгала. Переход от воспитания к комплиментам был резкий и быстрый. Отец не сердится всерьез — это хорошо. Плохо то, что у него явно имеется какой-то план, для реализации которого нужна она.
Это его любимая деловая тактика. Запугать, потом задобрить, а затем уж, дезориентировав, быстро требовать по списку. Насмотревшись на его переговоры с торговцами-кочевниками, Венди ловила эти психологические приемы на лету.
Не ждала только, что и сама окажется их объектом.
— И этого ублюдка похитила очень кстати, — продолжал восхищаться ею Норберт. До нее с запозданием дошло, что этим нелестным словом обозначили Кирсана. — Теперь у законного наследника есть возможность восстановить справедливость. И нам тоже перепадет!
С этими словами князь махнул рукой — и камни стен зарябили, покрываясь вязью заклинаний от прослушивания.
Та же участь постигла потолок и пол, так что стало ясно: наступила пора серьезного разговора.
— Законный наследник? — переспросила Венделин, искренне недоумевая. Она не успела вникнуть в тонкости семейного древа короля, о чем теперь страшно жалела. Неужели был кто-то, кого обошли в очереди на престол?
— Разумеется. У королевы Лисвер был брат. Хотя, почему был? Он и сейчас жив-здоров, — хмыкнул отец. Он принялся расхаживать из угла в угол, как всегда делал, когда был взволнован и предвкушал удачную сделку.
— А у него есть сын, который по всем законам должен был стать королем. Вот за него-то ты и выйдешь.
Он бросил красноречивый взгляд на девушку, и она, открыв было рот, закрыла его снова — отец сообщил еще не все.
— Принц Тевейран, законный наследник трона Риоркана, болен. Тяжело и неизлечимо, — веско объявил Норберт, и до Венделин начала доходить суть его плана. — Ты выйдешь за него замуж, пока он дееспособен. А после, когда риорканцы поделят территорию на мелкие куски, управление тем, что ближе всего к нашей границе, перейдет к тебе.
Старшего принца Оларда, отца наследника, можно не считать. Он не огневик и никогда не будет иметь права на трон. Зато ты, как вдова, вполне.
— Но законный наследник — Кирсан! — вскинулась Венди и поспешно прикусила язык. Не возбудит ли она подозрений отца этой откровенной выходкой? Но нет, князь только посмеялся над наивностью дочери.
— Что ты, милая.
