Если же она останется здесь, да еще и выйдет за тебя замуж без одобрения ее отца, князя… Представляешь, что начнется?
Кирсан представил и порадовался, что сидит на кровати. Внезапная слабость в ногах и головокружение нахлынули разом, едва он осознал, что чуть было не сотворил с Венди из самых благих побуждений.
— Получается, я ничем не могу ей помочь? — потерянно пробормотал он, невидяще глядя в окно.
— Теперь, когда мы наверняка знаем о существовании Тираярна, мы можем попытаться наладить мирный контакт, — предложил Павел.
— Перестать очищать их землю от искажений и начать диалог. Возможно, удастся договориться.
Ладинье только вздохнул. Он иногда не мог понять, кто из них был большим идеалистом: отец или сын.
После внезапного стука в дверь та распахнулась, и в спальню ворвалась жена Ладинье. Женщина словно чуяла момент, когда ее появление было бы наиболее уместно. Хотя, учитывая специфику работы ее мужа, острая интуиция у обоих стала семейной особенностью.
— Ты как? — задала Ада фирменный вопрос дня, не обращая внимания на царящую в королевской спальне напряженную атмосферу.
— Отвратительно, — честно признался Кирсан, все еще глядя в окно. — Венди уехала.
— Захочет — вернется, — с деланным безразличием пожала плечами Ада. Она все еще не простила мужа: он не взял ее с собой во дворец во время затмения, мотивируя тем, что ей нельзя волноваться и магичить.
От незнания деталей происходящего и буйной фантазии она нервничала только больше! — Девочка боевая, раз тебя сумела не только похитить, но и вернуть, а раз так, то и со всем остальным справится. Что? Я что-то не то говорю?
Ада подбоченилась, готовясь защищать отсутствующую подругу. Пусть та оказалась иностранной шпионкой, все равно она искренне считала Венди своей подопечной. В конце концов, раз налажав, она сумела все исправить, да еще как помогла Кирсану с артефактом! Если уж это не может служить оправданием, тогда что?
Дейрон, зная упёртость своей жены, только рукой махнул: мол, не буду даже пытаться спорить.
Глава 25
Щит Венди и Марша миновали ближе к полудню. Уже привычно, почти не притормозив, проскочили сквозь радужную пленку и полетели на бреющем полете над выжженными землями.
